Klondajk-med.ru

Клондайк МЕД
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Возможности применения при аддиктивной патологии парциальных агонистов D3-рецепторов

Возможности применения при аддиктивной патологии парциальных агонистов D3-рецепторов

В статье описываются механизмы действия нового поколения атипичных нейролептиков – частичных агонистов D3-рецепторов. На примере карипразина рассматриваются данные об их эффективности и безопасности при эндогенных психических расстройствах. Обсуждаются различные клинические эффекты частичных агонистов D3-рецепторов на животных моделях и оцениваются перспективы их применения при синдромах зависимости.

  • КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: атипичные нейролептики, рецепторы, агонисты, карипразин

В статье описываются механизмы действия нового поколения атипичных нейролептиков – частичных агонистов D3-рецепторов. На примере карипразина рассматриваются данные об их эффективности и безопасности при эндогенных психических расстройствах. Обсуждаются различные клинические эффекты частичных агонистов D3-рецепторов на животных моделях и оцениваются перспективы их применения при синдромах зависимости.

В современной психофармакологии отмечается тенденция уменьшения числа исследовательских программ, направленных на поиски и клинические испытания новых молекул. По данным S.E. Hyman, есть несколько причин сокращения инвестиций фармацевтической промышленности в разработку новых психотропных медикаментов. Один из главных факторов – высокие финансовые затраты и риски при слабой прогнозируемости потенциальной эффективности нового препарата [1]. Так, согласно D.W. Hay и соавт., только чуть более 7% психотропных препаратов, прошедших первую фазу клинических испытаний, в дальнейшем могут войти в арсенал врачей-психиатров [2]. Кроме того, до сих пор не до конца изучены молекулярные и клеточные основы психических расстройств, отсутствуют проверенные биомаркеры, свидетельствующие о возможном успехе клинических испытаний. Еще одна причина – рост неудовлетворенности ранее широко использовавшейся моделью тестирования препаратов на лабораторных животных [1].

При этом серьезных прорывов с начала эры психофармакотерапии не наблюдается. Все существующие на сегодняшний день антипсихотические препараты обладают тем же самым механизмом действия (блокада рецепторов дофамина D2), что и первый нейролептик хлорпромазин, синтезированный в 1950 г. Тем не менее стоит отметить, что отсутствие разработок, направленных на повышение эффективности нейролептиков, или исследований альтернативных путей модуляции нарушенного обмена нейротрансмиттеров при психотических состояниях компенсируется заметным прогрессом в области безопасности и переносимости новых препаратов. Однако ни одно из существующих лекарств не улучшает когнитивного функционирования у больных шизофренией, а значит, показатели нетрудоспособности остаются, как и прежде, высокими [1]. С учетом вышесказанного неудивительно, что вновь зарегистрированные антипсихотические препараты, особенно с отличающимися мишенями воздействия, вызывают большой интерес.

Частичные агонисты D3-рецепторов

Механизм действия

В сентябре 2015 г. Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств США одобрило первый атипичный нейролептик третьей генерации – карипразин. Основная отличительная особенность данного класса нейролептиков – более высокая аффинность к D3-рецепторам, превышающая аффинность даже самого дофамина [3–8]. Следует напомнить, что центральные D3-рецепторы широко представлены в коре больших полушарий и стволе головного мозга, но в основном сконцентрированы в лимбических областях и прилежащем ядре. Возможно, это указывает на их регулирующую функцию дофаминергических сигналов в мезолимбической системе – ключевом нейроанатомическом субстрате развития психотической симптоматики при шизофрении, согласно дофаминовой гипотезе [4, 7]. Кроме того, карипразин является частичным агонистом D2-рецепторов, как и представленные в настоящее время на рынке арипипразол и брекспипразол (последний в РФ не зарегистрирован), а также частичным агонистом рецептора серотонина 5-HT1A и антагонистом рецепторов 5-HT2B и 5-HT2A [8, 9].

Экспериментальные данные

К настоящему моменту имеются экспериментальные данные об антидепрессивной активности частичных агонистов D3-рецепторов. Известно, что дисфункция дофаминергической нейротрансмиссии в мезолимбической системе может способствовать ангедонии, потере мотивации и психомоторному снижению при тяжелых депрессивных расстройствах [10]. И напротив, активность мезолимбических преимущественно D3-нейронов в зоне вознаграждения является ключевым фактором, который определяет поведенческую устойчивость к хроническому стрессу, играющему немаловажную роль в патогенезе депрессии [11]. Данные факты позволяют предположить, что усиленная дофаминергическая нейротрансмиссия, опосредованная D3-рецепторами, участвует в адаптивных изменениях, связанных с антидепрессивной активностью.

Помимо антидепрессивного действия в ряде исследований на моделях хронического стресса у лабораторных животных карипразин показал выраженный анксиолитический и прокогнитивный эффект [9, 12–15]. V. Duric и соавт. установили, что карипразин продемонстрировал сходное с имипрамином и арипипразолом противотревожное действие [16]. M. Papp и соавт. обнаружили снижение уровня ангедонии на модели легкого хронического стресса у лабораторных животных, получавших карипразин [13].

Читайте так же:
Отношение к болезни при шизофрении

Не менее интересными представляются результаты, согласно которым частичные агонисты D3-рецепторов заметно улучшали когнитивное функционирование, способствовали просоциальному поведению и заметно нивелировали вознаграждающее действие кокаина и в экспериментах с самовведением кокаина у крыс [17]. К похожим выводам пришли E. Galaj и соавт., которые заявили о притуплении поискового поведения и ослаблении силы вознаграждающего эффекта кокаина у грызунов, получавших частичные агонисты D1- и D3-рецепторов [18]. M. Filip и соавт. также предположили важную роль частичных агонистов D3-рецепторов при лечении кокаиновой зависимости, основываясь на ослаблении выраженности действия кокаина в экспериментальной модели у грызунов [19].

Вследствие действия частичных агонистов D3-рецепторов, прежде всего карипразина, у грызунов отмечались снижение вознаграждающего действия алкоголя и смягчение их поискового поведения [20]. Последнее справедливо и в случае парадигмы никотиновой зависимости [21]. Аналогичные результаты были получены и в отношении пищевого поведения грызунов [22]. Обильное переедание, так же как и прием психоактивных веществ, вызывает мощную активацию системы подкрепления, что позволяет говорить о схожести данных состояний [23]. В исследованиях на грызунах частичные агонисты D3-рецепторов значительно снижали самостоятельное введение пищи у тучных крыс Цукера [22].

Результаты клинических испытаний

Клинические эффекты частичной блокады D3-рецепторов у пациентов с эндогенной психической патологией еще до конца не изучены. Тем не менее есть сведения, что эти рецепторы участвуют в регуляции настроения, познания и мотивации [24]. Это подтверждается в некоторых доклинических исследованиях, указывающих на более выраженный прокогнитивный эффект карипразина, особенно заметный у пациентов с негативной симптоматикой [12, 25, 26].

По данным недавних клинических исследований, у пациентов с шизофренией, получавших карипразин, результаты по подшкалам негативной симптоматики были лучше, чем у пациентов, принимавших рисперидон, причем различие между группами становилось статистически значимым с 14-й недели. Положительные изменения коснулись таких показателей, как самообслуживание, личностное и социальное функционирование, социально полезная деятельность. Кроме того, у больных в группе карипразина отмечалось более выраженное улучшение общего функционирования. Следовательно, снижение тяжести негативной симптоматики приводило к повышению уровня социальной адаптации [8, 12, 25–27].

Переносимость

Несмотря на то что основным отличительным свойством новейших нейролептиков является улучшенный профиль переносимости, их применение тоже сопровождается серьезными побочными эффектами: значительным увеличением массы тела и повышением уровня глюкозы и липидов [1]. В краткосрочных рандомизированных контролируемых исследованиях у пациентов с шизофренией, принимавших карипразин, не отмечено ухудшения метаболических показателей и гиперпролактинемии. Напротив, при оценке долгосрочной переносимости и безопасности приема препарата на протяжении 48 недель регистрировалось незначительное снижение уровня пролактина вне зависимости от дозы [12, 25]. О подобном пролактин-регулирующем действии уже известно из ряда исследований применения частичных агонистов дофаминовых рецепторов, таких как арипипразол и брекспипразол [28–31].

Проблема повышения массы тела зачастую негативно влияет на приверженность пациентов к терапии. Кратковременный прирост массы тела при приеме карипразина оказался невысоким. Так, приблизительно 8% пациентов, получавших 1,5–6 мг/кг карипразина, набрали ≥ 7% массы тела от исходного уровня, по сравнению с 5% у больных в группе плацебо. Кроме того, не было отмечено увеличения интервала QT на электрокардиограмме. В исследовании с фиксированными дозами карипразина (1,5, 3,0 и 4,5 мг/сут) чаще всего встречались такие нежелательные явления, как бессонница, акатизия, тошнота, головокружение, рвота, беспокойство и запор. Тем не менее различия в возникновении неблагоприятных событий по сравнению с плацебо, как правило, были небольшими [32–34].

Перспективы применения

На текущий момент существующие на рынке частичные агонисты D3-рецепторов (карипразин, арипипразол) зарегистрированы для лечения шизофрении и биполярного расстройства первого типа (на территории РФ – только для лечения шизофрении). Тем не менее определенный интерес они представляют и для специалистов-наркологов.

Как уже говорилось, D3-рецепторы расположены преимущественно в лимбических областях млекопитающих, которые входят в так называемую систему вознаграждения, принимающую участие в том числе в формировании аддиктивного поведения [35]. Так, с помощью позитронно-эмиссионной томографии было показано, что экспрессия D3-рецепторов заметно усилена у пациентов с различными наркотическими зависимостями [36–39]. I. Boileau и соавт. предположили, что D3-рецепторы нигростриатума задействованы в формировании импульсивного и компульсивного влечения при игровой зависимости у людей [40]. Поэтому можно допустить, что частичные агонисты D3-рецепторов могут применяться в лечении и данных состояний [35, 41, 42]. Так, по мнению P. Sokoloff и B. Le Foll, частичные агонисты D3-рецепторов не ослабляют подкрепляющее действие наркотиков у людей, а скорее влияют на мотивацию к их употреблению и поисковое поведение, вызванное обострением патологического влечения под воздействием ассоциированных с психоактивными веществами триггеров [39]. К подобным выводам пришли и J.L. Neisewander и соавт. По их мнению, селективные агонисты D3-рецепторов могут не снижать потребление психостимуляторов во время рецидива, но заметно ослабляют мотивацию к их приему и поисковое поведение во время ремиссии [43]. Получены интересные данные при изучении влияния частичных агонистов D3-рецепторов на течение никотиновой зависимости. Так, P. Sokoloff и B. Le Foll установили, что однократное введение селективного агониста рецептора D3 временно облегчало тягу у людей-курильщиков в утреннее время [39].

Читайте так же:
Ситуационная задача на тему шизофрения

Одно из первых клинических исследований связи между приемом частичного агониста D3-рецепторов (карипразина) и употреблением психоактивных веществ у пациентов, страдающих зависимостью от психостимуляторов, стартовало в апреле 2018 г. в Пенсильванском университете (США). Цель этого рандомизированного слепого плацебоконтролируемого исследования фазы II заключается в оценке влияния карипразина (VRAYLAR в двух дозах 1,5 и 3 мг) на мозговые структуры и поведенческие реакции у пациентов, злоупотребляющих кокаином. Перед исследователями стоят две основные задачи. Первая – изучить изменение мозговых реакций в зонах вознаграждения и торможения, что будет фиксироваться посредством функциональной магнитно-резонансной томографии. Вторая – отследить изменение количества употребляемого наркотика (кокаина) [44].

К настоящему времени получены сведения о том, что добавление карипразина в схему лечения значительно улучшало состояние людей как с коморбидным биполярным расстройством первого типа, так и синдромами зависимости [45]. Например, по данным L. Sanders и J. Miller, в ходе лечения карипразином у некоторых пациентов с биполярным аффективным расстройством первого типа и расстройствами, связанными с употреблением психоактивных веществ (главным образом алкоголя), отмечалось быстрое и резкое снижение употребления психоактивных веществ, что, по сообщениям больных, сопровождалось улучшением их настроения. При этом самоотчет пациентов о значительном ослаблении влечения к психоактивным веществам был подтвержден также и клинически (отрицательными уринопробами) [42]. Можно предположить, что подобные антикрэйвинговые эффекты D3-агонисты способны проявлять и у пациентов с аддиктивной патологией, не осложненной изначально аффективными нарушениями.

С учетом имеющихся на сегодняшний день обширных экспериментальных данных и сведений об эффективности частичных агонистов D3-рецепторов у пациентов с коморбидной патологией (биполярным аффективным расстройством первого типа и синдромом зависимости) можно предположить, что препараты этой группы могут:

  • смягчать поисковое, ассоциированное с психоактивными веществами поведение;
  • уменьшать потребление психоактивных веществ и корректировать пищевое поведение, а также, что немаловажно, снижать проявления тревоги, стресса, ангедонии у пациентов в состоянии абстиненции и на постабстинентном этапе;
  • улучшать просоциальное и когнитивное функционирование, необходимое на всех этапах лечения, реабилитации и ресоциализации пациентов с синдромами зависимости.

Выявленные особенности применения частичных агонистов D3-рецепторов представляют практический интерес для специалистов-наркологов. Тем не менее действие препаратов данной группы и отдаленные последствия их использования еще нуждаются в детальном изучении и возможном пересмотре показаний для применения.

Врачи сообщили, почему люди умирают в ходе испытаний вакцин от COVID-19

В ходе клинических испытаний вакцин от коронавируса по всему миру скончались десятки добровольцев. Так, в Управлении по вопросам качества продовольствия и медикаментов США сообщили, что в течение исследования вакцины Pfizer и BioNTech умерли уже шесть участников.

«За отчетный период было шесть смертей: два летальных исхода в вакцинируемой группе, четыре — в группе плацебо. Половина смертей пришлась на людей старше 55 лет», — говорится в докладе ведомства.

Читайте так же:
Переходит ли невроз навязчивых состояний в шизофрению

Там отмечается, что один волонтер, страдавший от атеросклероза и ожирения, скончался через три дня после введения первой дозы препарата, а у другого 60 дней после введения ему второй дозы остановилось сердце. В группе плацебо два человека умерли от инсульта и инфаркта, причина смерти еще двух испытателей не установлена.

Для проверки связи смертей с вакцинацией Управление по вопросам качества продовольствия и медикаментов США назначило заседание на 10 декабря.

Ранее, в октябре 2020 года, в Бразилии умер еще один участник испытаний вакцины от коронавируса, разработанной шведско-британской компанией AstraZeneca совместно с Оксфордским университетом. Об этом сообщало Национальное агентство по надзору в области здравоохранения Бразилии.

28-летний доброволец заболел коронавирусом в сентябре — уже после того как привился от инфекции. В Оксфордском университете продолжили испытания вакцины — после тщательной проверки инцидента опасений по поводу безопасности препарата не возникло.

Врач-терапевт, автор сервиса «Справочник врача» Константин Хоманов пояснил «Газете.Ru», что в подавляющем большинстве смерти в ходе испытания вакцины происходят по независящим от прививок причинам. В редких случаях вакцинация может стать импульсом для обострения хронических заболеваний или ухудшения состояния, если человек уже болен ковидом.

«К сожалению, в клинических исследованиях случается смерть испытуемого, особенно в тех, где очень большая выборка. Это нормально. Например, в Кокрейновском систематическом обзоре описано одно исследование вакцины от вируса папилломы человека, где специально учитывалась смертность. На несколько тысяч испытуемых в группе исследования умерли два человека и один — в группе контроля», — рассказал медик.

Заведующий отделом НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора Вадим Покровский также заметил, что при испытаниях какого-либо препарата смерть добровольца – обычное явление.

«Представьте себе, что в таких испытаниях участвуют десятки тысяч людей. Даже по своему опыту скажу, что участвующие в больших испытаниях новых лекарств и препаратов умирают от причин, которые никак нельзя связать с вакциной. Это допустимо, и доля таких людей примерно 5%», – сказал вирусолог в разговоре с ФАН.

В то же время, по словам Хоманова, безопасности вакцин не всегда уделяется достаточно внимания. «Хорошо, что в случае с коронавирусом о смертях испытуемых хотя бы докладывают.

В год от побочных эффектов различных лекарств в США погибает около 200 тыс. человек, а принимают препараты — миллионы»,

Между тем иммунолог Мария Польнер отметила, что погибают в ходе исследования и те, кто принимал плацебо – вакцину без действующего химического вещества. «Поэтому не стоит пугаться раньше времени. Если бы было точно доказано, что вакцина стала причиной смерти, то ее бы сразу запретили. Поэтому и переживать о том, что при массовой вакцинации возможен летальный исход, не стоит», — сказала эксперт «Газете.Ru».

«Решаясь на применение вакцины, помните, что возможность заразиться ковидом в обычной жизни и получить нежелательные явления, в том числе приводящие к смертельным исходам, несоизмеримо выше, чем при вакцинации», — добавила она.

Польнер отметила, что самые частые побочные явления после вакцинации вполне безобидны – это реакции в месте введения, головная и мышечная боль, повышение температуры тела и диарея.

«За добровольцами наблюдают в течение полугода. За это время с ними может случиться все что угодно. Например, он умер от передозировки наркотиков, или это могло быть самоубийство. Или у него мог произойти инфаркт миокарда, который напрямую никак нельзя связать с использованием вакцины. Есть тысяча причин, от которых люди умирают. Поэтому исследования продолжаются», – заметил между тем Покровский.

При этом вирусолог допустил, что вакцина все же может повредить организм человека в будущем, когда уже прошло несколько лет после ее применения. Тем не менее такие данные по вакцинации от COVID-19 еще не получены.

Ученые СПбГУ открыли новую систему передачи сигналов в мозге: это позволит создать принципиально новые лекарства от шизофрении и депрессии

Международная группа исследователей под руководством директора Института трансляционной биомедицины, научного руководителя Клиники высоких медицинских технологий СПбГУ, профессора Рауля Гайнетдинова обнаружила в мозге новую нейромедиаторную систему, в ней передача сигналов между нейронами происходит благодаря рецепторам к трейс-аминам TAAR5. Результаты исследования позволят создать принципиально новые виды лекарств от депрессии, шизофрении и тревожных расстройств.

Читайте так же:
Доказательство что шизофрения тоже самое что и раздвоение личности

TAAR5 представлен не только в обонятельной системе, но и в отделах мозга, ответственных за эмоции.TAAR5 представлен не только в обонятельной системе, но и в отделах мозга, ответственных за эмоции.

Научная статья об открытии ученых опубликована в журнале Frontiers in Molecular Neuroscience.

Нейромедиаторы или нейротрансмиттеры — это химические вещества, которые передают сигналы между нейронами или от нейронов к другим клеткам. Они взаимодействуют с рецепторами, расположенными в мозге человека и животных, контролируя самые разные биологические процессы: страх, гнев, наслаждение, память, энергию, аппетит, сон и многое другое. Сегодня ученым известно несколько типов нейротрансмиттерных систем: дофаминовая, норадреналиновая, серотониновая, гистаминовая, глутаматная и многие другие. В настоящее время используется большое количество лекарств, созданных на основе воздействия на эти системы.

Ученым СПбГУ вместе с коллегами из Итальянского технологического института и Первого Санкт-Петербургского государственного медицинского университета имени академика И. П. Павлова благодаря экспериментам на мышах удалось показать, что в мозге есть еще одна нейротрансмиттерная система, в ней передача сигналов происходит за счет трейс-аминового рецептора TAAR5.

«Трейс-амины или следовые амины — это двоюродные братья дофамина и серотонина, — объясняет Рауль Гайнетдинов. — Известно, что у человека есть шесть подтипов рецепторов к следовым аминам. Лучше всего изучен TAAR1 рецептор, причем его считают настолько перспективным, что в мае 2019 года FDA (агентство Министерства здравоохранения и социальных служб США, которое одобряет выпуск новых лекарств на рынок) назвало разработку компании Sunovion Pharmaceuticals на основе TAAR1 прорывной. Вторую стадию клинического испытания их лекарства от шизофрении засчитали как третью, и оно уже в ближайшие годы появится на рынке. Это будет первый в мире антипсихотический препарат, который не является блокатором дофаминовых рецепторов».

Стоит отметить, что в СПбГУ также разрабатываются новые лекарственные средства на основе воздействия на TAAR1.

Директор Института трансляционной биомедицины СПбГУ, профессор Рауль Гайнетдинов

Исследователи Института трансляционной биомедицины обратили внимание на другой рецептор следовых аминов — TAAR5. Ранее считалось, что все остальные рецепторы к трейс-аминам, за исключением TAAR1, являются исключительно обонятельными и участвуют только в восприятии инстинктивных запахов (например, запаха гнили, смерти, хищника или феромонов), поэтому вряд ли могут пригодиться в поисках лекарств от заболеваний мозга. Однако ученые СПбГУ были уверены в другом: чтобы доказать важную роль TAAR5 в психоэмоциональном состоянии, они провели серию экспериментов с нокаутными лабораторными мышами. У этих животных «нокаутирован» или «выключен» ген, кодирующий белок TAAR5. Вместо него в геном вставлен маркер, который позволяет увидеть, в каких зонах мозга данный белок мог быть задействован.

Исследование было поддержано грантом Российского научного фонда № 19-75-30008.

«Оказалось, что TAAR5 представлен не только в носу и обонятельной луковице, но и проходит дальше — в «эмоциальный» мозг, связанный с обонятельной системой: в миндалевидное тело, гиппокамп, таламус и в другие структуры, — рассказал профессор СПбГУ. — Кроме того, мы увидели, как при его удалении меняется концентрация серотонина в мозге, а это главный индикатор изменения эмоционального поведения. Мыши-нокауты без TAAR5 ведут себя так, будто бы находятся под воздействием антидепрессантов или противотревожных препаратов: не боятся яркого света и не поддаются стрессу».

Предварительные данные также позволяют предположить, что и все остальные рецепторы следовых аминов выполняют не только инстинктивную обонятельную функцию, но и по-разному вовлечены в регуляцию психоэмоционального состояния. Как отмечает директор Института трансляционной биомедицины, это открытие может помочь в разработке принципиально новых препаратов, способных бороться с шизофренией, депрессией, тревожными расстройствами, различными зависимостями, возможно, даже с паркинсонизмом и болезнью Альцгеймера. Полученные данные вносят важный вклад в развитие нейронауки, психиатрии, психологии и даже ароматерапии. Теперь исследователям становится более понятно, почему, например, лечение депрессии и тревожности с помощью запахов хвойных деревьев может приносить результаты: в состав их смолы входит вещество тимберол, которое, как оказалось, является антагонистом для TAAR5.

Читайте так же:
Шизофрения что говорят о себе

«Сегодня нужно заниматься поиском эффективных антагонистов — веществ, которые будут блокировать TAAR5 рецепторы в мозге, тем самым оказывая антидепрессивное и противотревожное действие, — отметил Рауль Гайнетдинов. — В СПбГУ для этих исследований есть практически все: у нас разработана тест-система для поиска веществ, активирующих или блокирующих TAAR5 и другие рецепторы, а также есть уникальная в мире коллекция нокаутных животных по всем рецепторам к трейс-аминам. Мы надеемся найти поддержку индустриальных партнеров, с которыми сможем заняться разработкой принципиально новых лекарств, которых в мире еще никто не создает. Причем пока мы изучили только один, ранее считавшийся исключительно обонятельным рецептором, TAAR5, а впереди — исследования четырех других рецепторов к следовым аминам, которые могут открыть путь в новую большую фармакологию».

Успешное завершение фазы IIa клинического исследования инновационного препарата против шизофрении

В ходе пилотного двойного слепого плацебо-контролируемого клинического исследования IIа фазы эффективности и безопасности перорального (доза 4 мг/сутки) препарата CD-008-0173, у больных шизофренией (в состоянии ремиссии, на фоне стабильной антипсихотической терапии) были достигнуты как первичные, так и вторичные цели исследования. В клиническом исследовании, проводившемся в ГУ «Научный центр психического здоровья» (г. Москва), принимало участие 50 пациентов.

Препарат CD-008-0173

CD-008-0173 — первый инновационный лекарственный препарат — селективный ингибитор серотониновых 5-НТ6 рецепторов, имеет значительный экспортный потенциал. Доклинические исследования CD-008-0173, проводившиеся в Исследовательском Институте Химического Разнообразия (ИИХР) Центра Высоких Технологий «ХимРар» и фармацевтической компании Авинейро (ЦВТ «ХимРар»), позволили предположить наличие у препарата как прокогнитивных, так и антипсихотических эффектов, что полностью было подтверждено в ходе клинического исследования.

ООО «Авинейро»

Авинейро — российская фармацевтическая компания, созданная в бизнес-инкубаторе ЦВТ «ХимРар», резидента Биофармкластера «Северный». Авинейро специализируется на разработке инновационных лекарственных средств для лечения заболеваний центральной нервной системы. В компании работают ученые с большим опытом работы в области медицинской химии, доклинических и клинических исследований. В настоящий момент, Авинейро ведет активные исследования и разработку препаратов для коррекции когнитивных дефицитов, шизофрении и генерализованного тревожного расстройства.

ЗАО «Исследовательский Институт Химического Разнообразия»

Уникальный биотехнологический центр, выполняющий научно-исследовательские работы для крупнейших отечественных и международных фармацевтических и агропромышленных компаний. Деятельность института направлена на организацию и проведение доклинических и клинических исследований инновационных лекарств для новых и актуальных терапевтических областей, используя высочайший научный потенциал и опыт российских ученых в разработке решений, интегрированных в рамках научно-исследовательской платформы на основе последних мировых достижений.

Центр Высоких Технологий «ХимРар»

Представляет собой уникальный для Российской Федерации негосударственный научно-исследовательский комплекс и инновационный бизнес-инкубатор, объединяющий высокотехнологичные организации, ведущие разработки для отечественных и зарубежных фармацевтических и биотехнологических производителей.
Основная миссия организаций ЦВТ «ХимРар» – разработка и выведение на рынок инновационных лекарств на основе новейших «постгеномных» технологий, создание дополнительных научно-исследовательских возможностей для «фарма» и «биотек» партнеров, импортозамещающая разработка и внедрение в производство инновационных и дженериковых препаратов, комплексные программы по локализации фармпроизводств. На современной технологической базе Центра осуществляется полный цикл доклинической и клинической разработки новых лекарств и лекарственных соединений, начиная с идентификации актуальных биомишеней для высокопроизводительного биоскрининга, синтеза и испытания новых молекул, разработки готовых лекарственных форм и, заканчивая выпуском новых лекарственных препаратов.

Биофармацевтический кластер «Северный»

БФК «Северный» — объединение МФТИ с малыми инновационными компаниями, научно-исследовательскими организациям, производственными компаниями, осуществляемое при поддержке Правительства Московской области, Администраций городов Долгопрудный и Химки. Ориентирован на объединение компетенций и ресурсов участников для создания инновационных лекарственных препаратов и технологий в области живых систем. В состав БФК, помимо МФТИ и ЦВТ «ХимРар», входят компании «Акрихин», «Фармстандарт», ГК «Протек», ФГУП НПЦ «Фармзащита» и др.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector