Klondajk-med.ru

Клондайк МЕД
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Как вести себя с людьми у которых шизофрения

Шизофрения

К симптомам шизофрении относятся в том числе психотические галлюцинации и бредовые иллюзии, бессвязность речи и беспорядочность поведения, безволие и отсутствие или искажение эмоций.

Шизофрения является наиболее распространенным из психических расстройств, включающих психотические симптомы. Шизофрения обычно описывается как раздвоение личности: расстройство влияет на мышление, эмоции и поведение человека в такой степени, что у страдающих расстройством наблюдаются трудности во многих важных областях повседневной деятельности. К симптомам шизофрении относятся в том числе психотические галлюцинации и бредовые иллюзии, бессвязность речи и беспорядочность поведения, безволие и отсутствие или искажение эмоций.

Болезнь диагностируется обычно в молодом возрасте, но возможно, что она проявится уже в детстве или, наоборот, в среднем возрасте. Болезнь может начаться достаточно острым психозом, но иногда симптомы развиваются постепенно в течение многих недель или месяцев.

Реабилитация больных шизофренией зависит во многом от успешности лечения. Оставляемая долгое время без лечения шизофрения может вызывать тяжелые проблемы на работе и в межличностных отношениях; с помощью же вовремя начатого лекарственного и другого лечения больной шизофренией человек может вести нормальный самостоятельный образ жизни.

Лечение шизофрении всегда длительно и объединяет множество терапевтических методов, учитывающих потребности больного и его ближайшего окружения. Симптомы преодолеваются при помощи лекарств, психотерапии и других способов социальной поддержки. Целями лечения и реабилитации являются облегчение симптоматики, улучшение социальных навыков, установление контроля над болезнью и развитие умения приспособиться к ней, а также поддержка родственников и близких. Читать далее об обращении за помощью.

Симптомы шизофрении:

Иллюзии

Иллюзии могут проявляться таким образом, что больной, к примеру, воображает себя другим человеком, боится того, что он является объектом внешнего наблюдения или находится под другой угрозой, чувствует себя виновным в чем-то, чего на самом деле не было, или верит в то, что он избран для исполнения какой-то особой миссии. Иллюзии могут касаться также религиозных аспектов; больной шизофренией может, например, воображать, что видел дьявола или бога.

Галлюцинации

Наиболее распространенный вид галлюцинаций – слуховые галлюцинации. Голоса могут быть обвиняющие, это могут быть голоса близких или незнакомых людей. Бывает так, что с течением времени голоса становятся менее пугающими. Стремление больного шизофренией постоянно слушать в наушниках радио или максимально прибавлять звук телевизора является попыткой избавиться от слышимых им голосов.

Несмотря на то, что сознание больного само воспроизводит голоса, они являются для человека очень реальными, он думает, что они звучат откуда-то извне. Близкий больного может рассказывать, что сам он не слышит голосов, но понимает, что для самого больного они реальны.

Кроме слуховых, у больного могут наблюдаться и другие виды галлюцинаций. Он может чувствовать прикосновения к телу различных предметов или существ или видеть их, ощущать различные вкусы или запахи, которых в действительности не существует.

Слуховые галлюцинации типичны для тех, у кого диагностирована шизофрения. Но не всегда слуховые галлюцинации указывают на то, что слышащий их человек болен шизофренией. Слуховые галлюцинации могут быть связаны, например, с чрезвычайно трагической ситуацией, сильным стрессом или злоупотреблением наркотическими веществами. Страдающие психотической депрессией или биполярным психическим расстройством также могут слышать голоса.

Достаточно большое количество финнов утверждают, что на том или ином этапе жизни они слышат голоса. Некоторые слышат голоса единожды, другие – чаще. Для тех, кто слышит голоса постоянно, работает общественная организация Suomen moniääniset, относящаяся к Центральному Союзу психического здоровья (Mielenterveyden keskusliittoon).

Нарушения мышления

У больного шизофренией могут наблюдаться трудности в планировании деятельности, в концентрации внимания или вообще в способности помнить о важных вещах в повседневной жизни. Мысли разбегаются, и общение с другими людьми затруднено.

Безволие

Безволие означает то, что больной не способен выполнить какое-либо знакомое действие или вообще не может начать делать что-либо. Повседневные рутинные дела, к примеру, умывание, могут представлять непреодолимые трудности.

Притупление эмоций

Под притуплением эмоций понимают неспособность выражать чувства. Иногда эмоции могут быть, с точки зрения нормальной жизни, искажены; больной шизофренией может выражать эмоции, неадекватные происходящему и поэтому шокирующие других людей.

Социальная изоляция

Больной шизофренией может пытаться замкнуться в одиночестве или запереться в своем доме. Изоляция может быть связана с иллюзиями, нарушением мышления или с ослаблением социальных навыков и со страхом общения с другими людьми.

Легко ли быть с шизофреником?

Как утверждают врачи, два раза в год учащаются случаи обострения шизофрении и других психических заболеваний — осенью и весной. А весна к нам придет уже через пару дней. Что такое «шизофрения» и как себя вести при встрече с психически нездоровыми людьми? Портал PRM.ru расскажет о личном опыте общения с людьми, больными шизофренией. Шизофрения (от др.-греч. σχίζω — раскалываю и φρήν — ум, рассудок) — это серьезное психическое заболевание, которое сопровождается нарушениями мышления, эмоциональными расстройствами и неадекватным поведением. Причины возникновения и развития шизофрении весьма мало изучены. Хотя главной из причин считается наследственность. Впрочем, и воздействие окружающей среды и стрессов может вызвать это заболевание. По мнению психиатров, некоторые социальные факторы, такие, как, например, бедность и безработица, либо перенесенная детские травмы, также содействую ее развитию.

Не знаю, к счастью или нет, но несколько лет назад мне, выпускающему редактору портала PRM.ru, довелось пообщаться с целой группой людей, страдающих шизофренией. Тогда, будучи студенткой университета, я писала курсовую работу, посвященную представлениям о счастье. В качестве испытуемых были выбраны именно шизофреники. Некоторые люди стараются оградить себя от общения с психически нездоровыми членами социума, у меня же был, наоборот, высокий научный интерес.

Путем долгих переговоров с руководством краевой психиатрической больницы, мне удалось туда попасть для проведения моего исследования. В качестве испытуемых выступили 10 женщин в возрасте от 18 до 52 лет, больных шизофренией.

Попав в клинику, медсестра меня проводила в кабинет, где обычно у них проводятся различные психолого-терапевтические мероприятия. В этот же кабинет привели женщин, которые молча расселись за столы и так же молча стали на меня смотреть. Только, видимо, самая смелая молоденькая девица робко спросила: «А вы не врач, вы нам ничего не сделаете?». В ее глазах читалось такое отчаянье, что я поспешила ее заверить, что я всего лишь студентка и мне нужна их помощь в написании работы. Стоит отметить, что в кабинете с этими женщинами я была одна — т.е. ни врач, ни медсестра не остались со мной. Сказать, что было боязно — не сказать ничего.

Читайте так же:
Любовь это шизофрения или нет

Суть моего исследования заключалась в нескольких заданиях — нужно было в свободной форме написать, что для них представляет собой счастье, дать ассоциации на слово «счастье» и сделать рисунок, отражающий счастье. О результатах исследования я, пожалуй, сейчас говорить не буду, хотя, там была масса всего интересного, но не меньший интерес представляло дальнейшее наше общение.

В группе было две молодых девушки — одной на тот момент было 18 лет, другой — 19. Та, которая постарше лежала в клинике уже далеко не в первый раз и, как она сообщила, в этот раз она попала сюда после то ли четырнадцатой, то ли пятнадцатой попытки суицида.

Одна из девушек представляет счастье, как быструю и безболезненную смерть.

Скажу честно, раньше я хоть и задумывалась над судьбой людей, попавших в «психушку», но, видимо, я в этот вопрос не углублялась до этого момента. Но эта встреча, особенно со столь молодыми особами, повергла меня в настоящую пучину глубоких размышлений и переживаний.

Одна из девушек, после выполнения всех моих заданий, подошла ко мне и спросила, может ли она принести мне свои стихи? Разумеется, мне было интересно их почитать, и я с удовольствием согласилась. Когда же девушка подошла к двери, чтобы выйти в свою палату, оказалось, что дверь заперта снаружи — медсестра закрыла меня, молодую студентку, с десятью женщинами у которых бывают галлюцинации, навязчивые идеи и бред. Тут-то мне стало по-настоящему страшно. Было очевидно, что и женщины заметно заволновались. Собрав всю свою волю в кулак, стараясь не показывать свой страх, я постучала в дверь, чтобы привлечь внимание тех, кто остался снаружи. К счастью, через пару минут дверь открыли.

Та девушка, которая обещала мне стихи, их, действительно, принесла. Я, взяв на себя всю ответственность, делюсь одним из ее стихотворений с вами:

Больница — тюрьма, ее двери закрыты.
Здесь души больных морально убиты.
Здесь ты один, нельзя закричать.
Опять аминазин*, и спать, только спать.
Врач тебе — враг, назначит леченье.
Все будет не так, как хочешь. Мученье.
Моральная скорбь сгрызла всю душу.
Хоть волком ты вой — никому ты не нужен.
Опять это страшное слово «лечиться».
И мрачное здание «психбольница».

*Аминазин — первый синтезированный нейролептик. Благодаря главному действующему веществу (хлорпромазину) удается купировать различные виды психомоторного возбуждения, ослаблять или полностью купировать бред и галлюцинации, уменьшать или снимать страх, тревогу, напряжение у больных шизофренией.

К сожалению, многих людей (и что уж скрывать, небезосновательно) пугает общение с шизофрениками. Исторически сложилось так, что к больным людям всегда относились не только снисходительно, но и зачастую жестоко. Так, в Древней Греции методы «лечения» были весьма суровыми – психически нездорового человека могли забить камнями. Особо буйных или бесноватых заковывали в колодки. Наиболее прогрессивным методом лечения на тот момент считалось лечение электрическим скатом – своеобразный прообраз электросудорожной терапии.

В Древнем Риме практиковались другие методы. Меланхолия связывалась с состоянием кишечника, поэтому таким больным назначались слабительные средства. Буйство лечилось связыванием и содержанием больного в полной темноте. При бреде и галлюцинациях рекомендовались рвотные средства, а также лечебное голодание. Впрочем, в Риме нередко использовались и «целебное битье» — на психику пытались воздействовать через физическое воздействие.

Средневековая Европа отличалась весьма разносторонним подходом к лечению душевнобольных. В ход шло все – от каленого железа до свиного сердца, фаршированного целебными травами. Широко использовалось кровопускание, а также чемеричная вода – своеобразная панацея, эффективная, как при вшах на голове, так и при тараканах в ней же. Нередко душевнобольных объявляли одержимыми и тогда монахи и священники использовали экзорцизм для изгнания бесов.

В прогрессивной Англии XVIII века для обездвиживания буйных больных вместо колодок и веревок стали использовать прообраз современной смирительной рубашки. При этом душевнобольные приносили своеобразный доход – на них приходили посмотреть за умеренную плату праздношатающиеся зеваки.

В XIX веке психиатрия широко использует самые различные методы пробуждения сознания – от обливания из брандспойта ледяной водой до гирудотерапии, сочетающейся с приемом солевых слабительных. Отмечаются первые случаи попыток лечения душевнобольных с помощью гипноза. В арсенале психиатров появляются бром и барбитуровые кислоты: мединал и веронал. В 1949 году Эгаш Мониш получил Нобелевскую премию за новейшую методику лечения психических заболеваний. Речь идет о лоботомии.

Помимо этого широко практиковалось лечение каннабисом и морфием. Вслед за этим не заставило себя долго ждать выделение наркологии в отдельную науку, занимающуюся изучением механизмов развития и лечением алкоголизма, наркомании и других химических зависимостей. Отделение и развитие наркологии было обусловлено тем, что количество алкоголе- и наркозависимых людей стремительно возрастало, и появилась необходимость более детального изучения и дифференциации симптомов.

И, наконец, лишь во второй половине прошлого столетия арсенал врачей-психиатров пополнился нейролептиками, антидепрессантами и другими таблетками.

К великому сожалению, даже на сегодняшний день каких-то действенных препаратов, которые могут полностью излечить больного шизофренией нет. От того, особенно больно читать стихи и письма людей, страдающих этих недугом. Девушки, с которыми я имела честь общаться, выглядели уставшими, запуганными и загнанными в угол.

Стоит отметить, что, если вы знакомы с людьми, страдающими шизофренией, есть некоторые правила при общении с ними. Врачи советуют, что во время обострений не нужно бояться — не выказывайте свой страх и не убегайте. 98% шизофреников не являются буйными, поэтому своими страхами вы просто внесете в жизнь больного новый комплекс неполноценности, а уж ваша дружба точно развалится. Итак, сохраняйте спокойствие и оставайтесь рядом или оставьте человека в покое, если он сам об этом просит.

Также необходимо помнить, что обострения практически всегда идут рука об руку с галлюцинациями, когда человек перестает различать явления реального и воображаемого мира. Поддакивайте его галлюцинациям и постепенно переводите их в реальный мир. Спасите человека от него самого – если он не помнит, где живет, проводите его домой или пригласите к себе и позвоните его родным, чтобы приехали и забрали. Если он впал в детство – обращайтесь, как с ребенком, а значит, и ведите себя как взрослый друг.

Ну, и, конечно же, меньше ссор. Любой стресс способствует приступам и обострениям шизофрении, поэтому ведите себя ровно и спокойно, избегайте криков, конфликтов, возникновения любых отрицательных эмоций в вашем общении. Зато ровное позитивное общение может привести к пусть к непродолжительному, но хоть какому-то излечению человека.

Читайте так же:
Все о шизофрении в позднем возрасте

«Я видела существ из параллельной реальности» Как живут люди с шизофренией

Шизофрения — тяжелое психическое нарушение, которым страдают более 20 миллионов человек по всему миру. Часто люди с этим заболеванием галлюцинируют, слышат голоса, видят то, чего нет на самом деле, и подвержены бредовым идеям. «Лента.ру» при поддержке фармацевтической компании «Гедеон Рихтер» поговорила с людьми, у которых диагностирована шизофрения, и узнала, как определить психическое расстройство и что с этим делать.

Сара, 28 лет: «Все начиналось невинно: я будто слышала мысли людей»

У меня диагностировали параноидную форму шизофрении, когда я лежала в психиатрическом стационаре. Диагноз поставили практически сразу, после первого консилиума специалистов.

У каждого человека, столкнувшегося с шизофренией, болезнь протекает по-разному. Пусковой кнопкой к ее развитию может послужить что угодно — любой сильный стресс, роды, смерть близкого или употребление наркотиков.

Первые симптомы заболевания появились полтора года назад, мне было 27. Тогда я была магистрантом, преподавателем-стажером в одном из ведущих вузов страны. Все начиналось вполне невинно: я будто слышала мысли людей. В какой-то степени это было интересно — мне казалось, будто у меня проснулись сверхспособности. Я могла ехать в троллейбусе и слышать гул чужих мыслей: «надо забрать ребенка из сада», «мне грустно», «хочу купить телевизор». И это в то время, когда у меня нет детей, и телевизор мне не нужен. К счастью, на качество жизни и на работу это никак не влияло, я могла контролировать это.

Спустя какое-то время краски начали сгущаться — это совпало с возросшим уровнем ответственности на работе и приближением срока защиты магистерской диссертации. Я больше не могла отстраняться от чужих мыслей, они буквально поселились в моей голове, места для меня самой уже не осталось. Когда я находилась в каком-либо обществе, я слышала невербальные угрозы от окружающих. Мне было страшно ездить в метро, потому что я была убеждена, что мои мысли может прочесть любой человек.

Кульминацией стал экзамен по философии. Тогда я была убеждена, что кто-то вынул из моей головы мозг, поэтому я ничего не помню. Мне стало ясно, что со мной что-то не так.

Болезнь ухудшала мое состояние, становилось все труднее жить в мире, который будто бы ополчился против меня. Но в действительности против меня ополчился мой собственный мозг, что кажется еще более ужасающим.

Я рассказала все родителям, они забрали меня в родной провинциальный городок и отправили в центр пограничных состояний. Там мне выписали препараты-антипсихотики.

Наверняка все слышали выражение «страдающий шизофренией» — и это отлично описывает заболевание. Болезнь мучает, выматывает, делает существование непереносимым. Самое страшное — это, скажем, печать фатума, наложенная ею. Хроническая… неизлечимая… прогрессирующая… Все эти слова могильными плитами лежат на нас, людях с диагнозом.

Отгороженность от мира, невозможность реализации, инвалидизация, стигматизация — вот хоровод, с которым мы сталкиваемся. Мы никогда не сможем объясниться с этим миром, высказаться в него. Мы никогда не будем поняты, потому что это не объяснить так, как можно объяснить влюбленность, боль в ухе или отчаяние, которые так или иначе испытывали все люди.

Есть люди с шизофренией, которые под наблюдением специалиста в результате многолетних проб разных препаратов смогли найти оптимальную схему лечения. Хороший пример — это Элин Сакс, американская профессор, доктор наук. Ее книга «The center cannot hold» в определенный момент осветила мою жизнь надеждой и показала, что еще рано сдаваться — все можно изменить. Да, придется постоянно бороться, стать настоящим воином, но это того стоит.

Шизофрения — это повод к получению инвалидности, но не во всех случаях. Хотя я стою на учете в ПНД, инвалидности мне удалось избежать. И все же некоторые ограничения в жизни в целом и в работе в частности у меня есть. Я больше не могу преподавать, не могу водить автомобиль. Думаю, и на ответственных руководящих постах мне работа не светит.

Вылечиться полностью от шизофрении невозможно, но можно добиться стойкой ремиссии и полной социальной и трудовой реабилитации.

Людям с заболеванием необходима поддержка, поэтому родственникам «болящего» нужно быть готовыми бороться. Необходимы и максимально квалифицированные специалисты. А вот обращаться к изгоняющим бесов экстрасенсам, шаманам и магам нельзя ни в коем случае. Так можно потерять очень ценное время, деньги и к тому же усугубить заболевание.

Если вы замечаете, что между реальностью и тем, что происходит в вашей голове, большая разница — стоит идти к специалисту. Стоит быть всегда очень критичным к себе и включать рациональное мышление. То есть, к примеру, какова вероятность того, что вы земное воплощение какого-нибудь бога?

Я бы хотела обратиться ко всем, кто столкнулся с шизофренией: будьте сильными, не опускайте рук, не жалейте денег на специалистов и препараты — все это окупится вашим состоянием. Путь будет долгим и трудным, но он того стоит. Найдите тех, кто поймет вас, не стигматизируйте заболевание, лечитесь — и вы добьетесь ремиссии. Ну и занимайтесь по возможности творчеством.

Екатерина, 37 лет: «Я начала видеть существ из параллельной реальности»

Шизофрения обычно кажется чем-то непоправимым. Тут же рисуются картины об отсутствии будущего, о жизни в психбольнице. Но ведь на сегодняшний день это не так! Многие люди с диагнозом шизофрения вполне успешны — как профессионально, так и в личном плане.

Да, диагноз действительно сложно принять. Я рыдала, когда специалист предположил, что у меня шизофрения, — это как узнать, что ты смертельно болен, только не телом, а душой и разумом.

Есть проблема, что человеку с таким диагнозом, ничего не объясняя, специалисты назначают кучу достаточно тяжелых препаратов с огромным количеством побочных эффектов. И люди даже не понимают, зачем все это нужно и нужно ли это вообще. Люди не знают, что препараты можно менять, корректировать дозу. Это часто приводит к самовольному отказу от медикаментозного лечения, которое при правильном подборе препаратов дает возможность находиться в сознании. Еще каких-нибудь 50 лет назад такой возможности у больных не было!

Когда появились первые признаки заболевания, я даже не поняла, что это болезнь, — в этом ее коварство. В какой-то момент я стала жить как бы в двух реальностях. И с каждым днем этих реальностей становилось больше. Это как жизнь в разных измерениях, в которых отличается не пространство, но твоя жизнь, опыт, судьба.

Читайте так же:
Ты никогда не узнаешь когда начнется твоя шизофрения кто сказал

Это очень сложно описать. Представьте себе, что есть Вы, и есть другой Вы, только он в другом измерении. Возможно, в другом времени. Таких Вас много, и все они связаны. От действий каждого из этих личностей зависит их же будущее, будущее их близких и все события вокруг. Потом клубок разрастается до таких размеров, что невозможно это распутать. И наступает отчаяние. Как бездна, в которую стремительно затягивает, из которой не выбраться.

В какой-то момент я начала видеть разных существ, как будто из параллельной реальности. Одни были агрессивны и нападали на меня, другие защищали. Но я понимала, что это вижу только я, и никому об этом не говорила.

Ну, а потом настал момент, когда некоторые симптомы вышли на поверхность. Родные поняли, что дело плохо, и вызвали скорую. Я не была опасна ни для себя, ни для окружающих, поэтому поначалу медики не хотели увозить меня — для этого не было оснований. Но потом они увидели мои старые, многолетней давности, шрамы от самоповреждений, и именно эти шрамы стали поводом для помещения в стационар.

Я никому, ни одному человеку на свете не пожелаю заболеть этой болезнью. Сложно передать весь спектр чувств, которые приходится испытывать в состоянии психоза (у меня за последние полтора года таких было три). Ты попадаешь в обстоятельства, на которые не можешь повлиять никаким образом, и вместе с тобой, по твоей вине, здесь оказываются дорогие тебе люди. Что может испытывать человек, который, к примеру, уверен, что он заперт навсегда в своей квартире вместе со своими детьми, а в это время пришла ночь, которая никогда не закончится? Это страх и полное отчаяние.

Когда из психоза выходишь, начинается период восстановления. Это тоже очень непросто. Бывает очень сложно сделать хоть что-то — даже встать с кровати. Бывает так, что наступает полная пустота внутри, и ты не чувствуешь ничего, вообще ничего — ни радости, ни печали, ни любви, ни боли или каких-то других переживаний. И здесь снова появляется чувство вины, потому что ты не можешь выполнять даже повседневные дела.

Однажды я чуть не вышла в окно шестого этажа, а рядом были мои дети. Это произошло не потому, что я хотела свести счеты с жизнью. Просто в тот момент в моей реальности я верила в то, что мое физическое тело неуязвимо. Но мне повезло, меня остановили. Свекровь, увидев меня стоящей у окна, спокойным голосом сказала: «Закрой его, пожалуйста». И я закрыла.

В один момент я поняла, что нужна близким, детям, и это для меня важнее «сверхспособностей». И я должна сделать все, чтобы жить именно в реальном мире. Когда я поняла это, мое лечение стало осознанным. Я стала активнее сотрудничать со специалистами, слушать их рекомендации, искать информацию, читать литературу, связанную с психиатрией. Это был большой труд, но для меня было важно вернуться — ради тех, кому я нужна. Ключ, на мой взгляд, как раз в этом: найти в себе силы признать, что ты болен, и начать лечиться.

Если вы родственник человека, который столкнулся с шизофренией, нужно понимать, что шизофрения — это не блажь, не придуривание, не лень, не умственная отсталость. Это болезнь, которую нужно лечить, и чем раньше начнешь — тем лучше. Желательно, чтобы лечение заключалось не только в наблюдении у специалиста, но и в работе с психотерапевтом, социальным работником, с участием в группах взаимопомощи.

Если в семье болеет один, то поддержка и помощь нужна всем. Проблема ведь не только у больного. Так или иначе эта ситуация отражается на всей семье. Для детей это вообще серьезная травма, поэтому нельзя табуировать эту тему, как-то замалчивать ее. Детям людей с заболеваниями психики нужна поддержка в этом вопросе.

Я хочу обратить внимание на слово «поддержка». Не опека. Не нужно ни в коем случае делать все за больного, это только вредит. И не нужно нагружать его какой-то чрезмерной активностью, особенно если эта деятельность не в сфере его интересов. Нужно поддерживать и подбадривать его во всех начинаниях, талантах, способностях. По своему опыту знаю, что часто фраза «Выше нос, мы это преодолеем» порой важнее долгих мотивирующих разговоров.

У меня трое детей. Старшему было семь лет, когда я впервые попала в больницу. О том, что я больна, мы поговорили с ним не сразу. Тема была чуть ли не табуированной у нас в семье, да и я тогда не признавала в себе болезнь. Но было видно, что старший ребенок переживает. Все изменилось после третьего эпизода — тогда мы и поговорили. Я сказала, что во всем многообразии разных болезней есть еще и психические. Сын преобразился прямо на глазах, теперь он задает разные вопросы о заболевании, ходит со мной на мероприятия и довольно неплохо разбирается в теме психического здоровья. Дети способны понять, просто нужно называть вещи своими именами, хоть и страшно признаться во многом самому себе.

Около трех лет я принимала лекарства. На сегодняшний день мне удается обходиться без них. Я принимаю их изредка, когда чувствую в себе некоторые знакомые сигналы подступающего психоза. Но это бывает крайне редко — на фоне, например, сильной стрессовой ситуации. Я, конечно, довольна, что живу в наше время, и у меня есть шанс помочь себе медикаментами. Меня не мучают лоботомией, не надевают на меня мокрую тряпку, не подвешивают к потолку. Когда-то давно эти методы считались вполне себе адекватными, однако, как мы знаем сейчас, все это не имело результата или делало только хуже.

Мне нравится сравнение шизофрении с гриппом, хоть оно и недостаточно корректно. Можно ли навсегда избавиться от гриппа? Нет. Какой-то период времени тебе плохо, надо принимать жаропонижающее и много пить, соблюдать постельный режим. А потом все прошло, и не нужно специально ничего делать, чтобы чувствовать себя хорошо. Но симптомы могут вернуться, и нужно быть к этому готовым.

Лечение позволяет жить полноценной жизнью. Но нужно понимать, что одних лекарств мало. Лекарства только дают возможность вернуться в реальность, чтобы полноценно поработать над более глубинными причинами болезни. Социальная активность и социальная реабилитация тоже очень важны.

Читайте так же:
Шизофрения или как было сказано ночь вторая

Я считаю, что в моем случае большую роль сыграла деятельность, которая мне интересна, к которой у меня есть склонность. Кстати, именно психологи в стационаре рекомендовали мне всегда находить в себе силы для того, к чему есть интерес. Хобби и увлечения очень важны! Они придают сил.

Я просто хотела бы поддержать тех, кто узнал свои проблемы в моей истории. Я знаю, что таких людей много. И много людей, которые справились, ведут активную полноценную жизнь, реализуют себя. Если кто-то смог — значит, сможет и еще кто-то. Нельзя замыкаться в себе. Желаю сил, терпения и успехов на этом нелегком пути. Это большой труд, но результат действительно стоит того, чтобы потрудиться.

Материал подготовлен при поддержке фармацевтической компании «Гедеон Рихтер».

Станьте психом: как вести себя с иррациональными людьми

Станьте психом: как вести себя с иррациональными людьми

Всем нам иногда приходится общаться с совершенно невыносимыми людьми. Как правильно построить диалог с ними? Почему призывы действовать разумно в этих случаях не работают? На эти и другие вопросы отвечает психиатр и консультант Марк Гоулстон в своей книге «Как разговаривать с мудаками: что делать с неадекватными и невыносимыми людьми в вашей жизни», русскоязычный перевод которой вышел в издательстве «Манн, Иванов и Фербер». Публикуем несколько интересных фрагментов из нее.

Эта книга посвящена принципам поведения с людьми, ведущими себя иррационально. Но, планируя разговор с подобным человеком, не забудьте спросить себя: для чего вам вообще с ним взаимодействовать? Есть ли у вас достаточно весомая причина? И не лучше ли вам держаться от него подальше? Нередко ответ очевиден: потому что вы этого человека любите. Или вы зависите от него финансово, или связаны еще какими-то обстоятельствами. Но бывает, что все не так просто. Отношения с таким человеком могут быть не очень важны для вас, и тогда получается, что вы лишь теряете время. В таком случае безумным стоит считать и ваше поведение.

Проработав психиатром десятки лет, я могу сказать, что понимаю безумцев, включая глубоко больных людей. Что я имею в виду? Например, один из моих пациентов преследовал Бритни Спирс, а другой выпрыгнул с пятого этажа, потому что верил, что умеет летать. Еще один как-то раз позвонил мне из тюрьмы в Доминиканской Республике и рассказал, что попал туда, собираясь устроить революцию. Кроме того, я работал с больными анорексией, которые весили меньше 40 килограммов, героиновыми наркоманами и больными шизофренией, испытывающими галлюцинации. Я учил переговорщиков, как заставить сдаться одержимых убийствами террористов, взявших заложников. Сейчас я показываю директорам и топ-менеджерам компаний, как справляться с людьми, угрожающими бизнесу. Проще говоря, мы с ненормальными давно перешли на «ты».

Но недавно меня посетила интересная мысль: я каждый день ожидаю встретить психа, потому в этом заключается моя работа. Однако я внезапно понял, как часто вам приходится сталкиваться с безумцами — не выпрыгивающими с балконов или запугивающими Бритни Спирс, а теми, кого я называю бытовыми психами.

Озарение настигло меня, когда я отправился на встречу застройщиков и их юристов, нуждавшихся в консультации о помощи семьям в кризисной ситуации. Я ожидал скучной встречи, но их рассказы меня заворожили. Я обнаружил, что эти люди ежедневно «разговаривают с сумасшедшими» — совсем как я! Почти каждая обсуждаемая ситуация касалась клиентов, которые вели себя совершенно безумно. У этих юристов не было проблем с тем, чтобы составить завещание или создать трастовый фонд. Но они не знали, что делать, если клиент превращался в психа, — и отчаянно хотели узнать.

Кстати, о слове «псих»: я понимаю, что оно звучит провокационно и неполиткорректно. Но, когда я использую его, я не имею в виду психически больных людей. Любой из нас в определенный момент способен вести себя как сумасшедший. Говоря «псих» или «безумец», я подразумеваю, что человек ведет себя иррационально. Есть четыре признака того, что люди, с которыми вы имеете дело, иррациональны: 1) у них нет ясной картины мира;

2) они говорят или делают вещи, не имеющие смысла;

3) они принимают решения или предпринимают действия не в своих интересах;

4) когда вы пытаетесь вернуть их на путь благоразумия, они становятся совершенно невыносимыми.

Инструменты, о которых я расскажу, при использовании требуют мужества. Потому что вы не будете просто игнорировать психов и ждать, пока они уйдут. Вы не будете спорить с ними или пытаться переубедить их. Вместо этого вам придется прочувствовать сумасшествие и начать вести себя так же.

Много лет назад кто-то объяснил мне, что делать, когда собака вцепилась вам в руку. Если довериться инстинктам и отдернуть руку, то собака вонзит зубы еще глубже. Но если вы воспользуетесь неочевидным решением и протолкнете руку глубже в глотку, собака ослабит хватку. Почему? Потому что собака захочет сглотнуть, для чего ей нужно расслабить челюсть. тут-то вы и вытащите руку.

Похожим образом можно взаимодействовать и с иррациональными людьми. Если вы будете относиться к ним так, будто они сумасшедшие, а вы нет, они только глубже погрузятся в безумные мысли. Но если вы сами станете вести себя как псих, это резко изменит ситуацию. Вот пример.

После одного из самых отвратительных дней в моей жизни по до- роге домой я сосредоточенно думал о свалившихся на меня неприятностях и вел машину на автопилоте. К несчастью для меня, все это происходило в крайне опасный для Калифорнии час пик. В какой-то момент я случайно подрезал пикап, в котором сидел здоровяк с женой. Он сердито просигналил, и я помахал рукой, чтобы показать, что приношу свои извинения. Но затем — всего пару километров спустя — я снова его подрезал.

Тогда мужчина нагнал меня и резко остановил грузовик перед моим автомобилем, заставив меня съехать на обочину. Затормозив, я увидел, как его жена отчаянно жестикулирует, прося его не выходить из машины. Разумеется, он не обращал на нее внимания и через несколько мгновений уже оказался на дороге — под два метра ростом и весом килограммов в 140. Он резко приблизился ко мне и начал стучать по стеклу, выкрикивая ругательства.

Я был настолько ошеломлен, что даже опустил стекло, чтобы слышать его. Затем я подождал, пока он сделает паузу, чтобы после вылить на меня еще больше желчи. И когда он замолчал, чтобы перевести дыхание, я сказал ему: «У вас был когда-нибудь настолько ужасный день, что вы просто надеялись на то, что кто-то вытащит пушку, пристрелит вас и положит конец всем страданиям? Этот кто-то — вы?»

Читайте так же:
Шизотипическое расстройство переходит в шизофрению

У него отвисла челюсть. «Что?» — спросил он. До этого момента я вел себя очень глупо. Но вдруг я сделал что-то гениальное. Каким-то невероятным образом, несмотря на затуманенное сознание, я сказал именно то, что нужно. Я не пытался договориться с этим пугающим человеком — скорее всего, вместо ответа он бы вытащил меня из автомобиля и ударил по лицу своим огромным кулаком. Я не пытался сопротивляться. Я лишь стал таким же чокнутым и ударил по нему его же оружием.

Он уставился на меня, и я снова заговорил: «Да, я серьезно. Я обычно не подрезаю людей и никогда до этого не подрезал кого-то дважды. Просто сегодня такой день, когда не имеет значения, что я делаю и кого встречаю — включая вас! — всё идет наперекосяк. Вы станете человеком, который милостиво положит конец моему существованию?» Он немедленно изменился, успокоился и начал подбадривать меня: «Эй. Чего ты, парень, — сказал он. — Все будет в порядке. Честно! Расслабься, у всех бывают плохие дни».

Я продолжил свою тираду: «Тебе легко говорить! Ты-то сегодня не испортил все, к чему прикасался, в отличие от меня. Не думаю, что у меня хоть что-то станет хорошо. Ты поможешь мне?» Он с воодушевлением продолжил: «Нет, правда. Я не шучу! Все наладится. Отдохни». Мы проговорили еще несколько минут. Потом он вернулся в грузовик, что-то сказал жене и махнул мне в зеркало, как бы говоря: «Запомни. Успокойся. Все будет хорошо». И уехал.

Сейчас я не горжусь этой историей. Честно говоря, парень в пикапе был не единственным иррациональным человеком на дороге в тот день. Но вот к чему я клоню. Тот здоровяк мог бы отбить мне легкие. И, пожалуй, сделал бы это, если бы я попытался урезонить его или поспорить с ним. Но я встретился с ним в его реальности, где я был плохим человеком и у него были все основания ударить меня. Инстинктивно используя технику, которую я называю агрессивным подчинением, я превратил его из врага в союзника меньше чем за минуту. К счастью, моя реакция была естественной, даже в тот по-настоящему неудачный день. Это произошло потому, что я на протяжении многих лет работы психиатром ставил себя на место сумасшедших. Я делал это тысячи раз, разными способами, и я понимал, что это работает. Более того, я знаю, что это сработает и для вас. Маска психа — это стратегия, которую вы можете использовать с любым иррациональным человеком. К примеру, чтобы поговорить:

— с партнером, который орет на вас или отказывается с вами разговаривать;

— с ребенком, кричащим «Я ненавижу тебя!» или «Я ненавижу себя!»;

— со стареющим родителем, который считает, что вам на него наплевать;

— с сотрудником, постоянно раскисающим на работе;

— с менеджером, который все время пытается вас задеть.

Не важно, с каким типом бытовых психов вы имеете дело, — умение самому стать сумасшедшим позволит вам избавиться от провальных коммуникационных стратегий и достучаться до людей. В результате вы сумеете вовлечься практически в любую эмоциональную ситуацию и чувствовать себя уверенным и контролирующим все.

1. Поймите, что человек, с которым вы столкнулись, в данной ситуации не способен мыслить рационально. Осознайте, что глубокие корни его иррациональности лежат скорее в далеком (или не очень далеком) прошлом, а не в текущем моменте, поэтому сейчас вы вряд ли сможете переспорить или переубедить его.

2. Определите modus operandi другого человека — уникальный набор действий, к которым он прибегает, будучи не в себе. Его стратегия нужна, чтобы выбить вас из равновесия, заставить вас злиться, бояться, ощущать фрустрацию или вину. Когда вы поймете образ действий, вы почувствуете себя более спокойным, сконцентрированным и контролирующим ситуацию и сможете выбрать подходящую контрстратегию.

3. Осознайте, что безумное поведение не касается вас. Зато оно многое говорит о человеке, с которым вы имеете дело. Перестав воспринимать на свой счет его слова, вы лишите противника важного оружия. Вместе с тем используйте во время разговора нужные психологические инструменты, они удержат вас от того, чтобы впасть в безумие. Эти инструменты позволят вам избежать «захвата миндалины» — интенсивной эмоциональной реакции на внезапную угрозу. Этот термин, придуманный психологом Дэниелом Гоулманом, описывает состояние, когда миндалевидное тело — часть вашего мозга, отвечающая за формирование страха, — блокирует рациональное мышление.

4. Поговорите с иррациональным человеком, погружаясь в мир его безумства, спокойно и предметно. Во-первых, примите за данность невиновность человека. Это значит, что вы должны верить, что на самом деле человек добр, а у его поведения есть причина. Постарайтесь не осуждать, а понять, что же стало этой причиной. Во-вторых, представьте, что вы испытываете те же эмоции: агрессию, непонимание, угрозу.

5. Покажите, что вы союзник, а не враг: спокойно и внимательно выслушайте человека, пока он выпускает пар. Вместо того что- бы перебивать, дайте ему высказаться. так вы удивите человека, который ждет ответного нападения, и сблизитесь с ним. Можно даже извиниться. И чем более внимательно и чутко вы будете отражать эмоции оппонента, тем скорее он сам начнет прислушиваться к вам.

6. Когда человек успокоится, помогите ему перейти к более разумным действиям. Эти шаги — основа большинства психологических техник, которым я научу вас (хотя возможны вариации: например, при общении с задирами, манипуляторами или психопатами). Однако имейте в виду, что проходить цикл благоразумия с иррациональным человеком не всегда легко и весело и не всегда данная техника работает мгновенно. И, как и со всем в нашей жизни, существует риск того, что она не сработает вовсе (и есть даже вариант, что ситуация ухудшится). Но, если вы пытаетесь отчаянно достучаться до собеседника, которого трудно или вовсе нереально контролировать, этот метод, вероятно, станет наилучшим выбором.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector