Klondajk-med.ru

Клондайк МЕД
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Заметка газеты Коммуна об Иванкине А. А. и исцелении от заикания

Заметка газеты Коммуна об Иванкине А. А. и исцелении от заикания

К нам, в Лиски Воронежской области, на занятия к Алексею Андреевичу приезжают со всей страны и даже с бывших союзных республик. Конечно же, в основном это жители центральной России — Липецкая, Курская, Ростовская, Волгоградская Белгородская области, но нередко прибывают и жители Поволжья, Сибири, Дальнего Востока. Дорога сложная и дорогая, но люди едут навстречу своей заветной мечте и главной цели — избавится от заикания и вернуться к нормальной жизни! И в Лисках помогают в этом!

Одним из очевидцев борьбы за речь без заикания стал корреспондент газеты Коммуна (г. Воронеж) в 2003 году. Своими впечатлениями он поделился в заметке об Иванкине Алексее Андреевиче и его кропотливой и сложной работе со взрослыми и детьми на страницах газеты. С тех прошло очень много времени, но в Лисках мало что изменилось, Алексей Андреевич продолжает работать и помогать. Вот текст той статьи:

Земляки. Чудо на улице Гагарина

Не увидев Это своими глазами, Это можно было бы принять за фантастику, ирреальность, шарлатанство… Я Это видел: люди, десятилетиями страдавшие недугом заикания, уже на втором часе занятий у народного целителя из Лисок Алексея Иванкина начинали… говорить внятно, свободно, без мучительных страдальческих гримас на лице… Лиски, улица Гагарина, 8. С этого адреса для многих людей начиналась их новая жизнь. Жизнь, избавленная от недуга.

В родительском доме Алексея Андреевича, где начинаются первые этапы спасительного целительства, и во дворе которого в любую погоду радостно полыхает традиционный прощальный костёр, стоит в коридоре старый фанерный шкаф, превращённый благодарными исцелёнными в … глобус, совместивший в себе и своеобразную книгу отзывов. Книгу признательности человеку, подарившему людям вторую жизнь. Карандашом, ручкой, фломастером, просто гвоздём на всех стенках и дверцах того шкафа-глобуса выцарапаны слова признательности целителю и адреса исцелённых: Курск, Мурманск, Кизил, Элиста, Москва, Хабаровск, Красноярск, Тула, Кемерово, Томск и совсем уж неожиданное… Германия.

– Заикание, как, впрочем, и все болезни, – недуг интернациональный, – рассказывает Алексей Андреевич. – Им страдают около пяти процентов жителей планеты. Но нигде в мире, кроме Китая, нет эффективных центров избавления от этой болезни. В каждой стране заикание лечат, как правило, врачи-логопеды с их традиционным подходом к проблеме дефекта речи.

…В просторном дворе дома на гагаринской улице у Алексея Иванкина и на этот раз – целый интернациональный «конгресс»: Западный Казахстан, Киев, Калмыкия, Урал и… желтолицая Япония… Сорок шесть представителей разных национальностей, городов и возрастов целитель вместе с сыном Алексеем – его помощником и приемником – делят на две группы, взрослых и детей, устраивают в гостиницы и на квартиры, знакомят с порядком будущих занятий. «Дисциплина – железная: это я говорю себе и вам», – даёт первую установку-просьбу Алексей Андреевич.

Пока формируются группы, беседую с водителем-дальнобойщиком из Курска Владимиром. Семилетнего внука Юру он привёз в Лиски после безрезультатных мытарств по различным «целительским» адресам России. Заикание у мальчика началось два года назад после сильнейшего стресса, вызванного испугом от бросившейся на него соседской овчарки.

«До этого мы были и у курских, и у столичных логопедов. Возили мальчишку даже к знахаркам – ничего не помогло, а речь становилась даже хуже, – делится своею бедою курянин. – А недавно попалась на глаза коротенькая заметка о лискинском целителе Иванкине в одной из газет – теперь надежда только на него».

Забегая вперёд, скажу: Алексей Иванкин те надежды оправдал раньше срока. С жизнерадостным курянином Юркой я свободно общался уже на шестой день целительных «иванкинских» курсов. Счастливо хохоча, мальчишка щебетал курским соловьём, как щебечут его сверстники, неожиданно избавленные от давнего угнетающего страха от своей ущербности, от непохожести на других, от ожидания быть осмеянными за эту непохожесть и ущербность.

… Артём из Мурманска учится в училище культуры, а москвичка Надежда только что закончила факультет общественных коммуникаций МГУ, ленинградка Ксюша – пиарщик-продюсер. Стоит ли говорить, что значат в жизни и в профессиях этих ребят дефекты их речи?

У десятилетнего жителя страны Восходящего Солнца Кин Цу Хо случай вообще уникальный – так называемое подражательное заикание, сделавшееся привычкой. Сын крупного японского бизнесмена учится в токийском колледже, в общении со сверстниками и педагогами коммуникабелен и не проявляет никаких признаков заикания. А приходя домой…

«У нас сильно заикается отец, – рассказывает мама смышленого узкоглазого мальчишки, – в подражание ему начал заикаться и сын. Со временем подражательность перешла в стойкую привычку. Наши врачи лишь беспомощно разводят руками. Если вылечим здесь мальчика, привезу сюда и мужа».

Адрес Алексея Иванкина подсказали японцам их московские знакомые.

«В одной связке» ещё вчера не знакомые между собой люди и их родственники будут теперь все десять дней лечебного курса. А кто-то, возможно, и всю жизнь. Каждое утро они будут собираться вместе, и сын целителя Алесей Алексеевич проведёт с ними «разминку» – физическую и психологическую. В любую погоду – коллективная пробежка по перелеску и взгоркам («Не будешь бегать к солнцу – придётся бегать в аптеку»), затем – «повторение пройденного» вчера и подробный инструктаж об особенностях сегодняшнего занятия, его цели и методах. Потом пациенты и их родственники рассаживаются в уютных смежных комнатах, хорошо видя друг друга через широкий проём двери: «Мы должны видеть всех, и все – каждого: это помогает учиться и лечиться».

Первое занятие начинается с образного объяснения механизма заикания. Алексей Андреевич включает люстру («Всё познаётся в сравнении»), лампочки которой начинают мигать, – люстра «заикается» от плохого контакта в проводах. «Каждый человек – это биостанция. А заикание – это патологическое нарушение в нервных «проводочках», отвечающих за речевую «лампочку». От сильного раздражителя речевая функция «залипла», вышла из подчинения центру. Поэтому клин будем выбивать клином».

Эффективность методики и её поэтапность показывается на лидере-добровольце. На этот раз им становится 22-летний юноша из Хабаровска.

«Виталь, ты, как Юра Гагарин, будешь теперь для группы образцом, эталоном: твой успех будет вдохновлять других, а твои неудачи будут мобилизовывать остальных. Все вместе мы начинаем борьбу с заиканием. И мне не нужно её организовывать – она у вас есть внутри, я только возглавлю её. А сейчас будем смотреть, как у Виталия мигает речевая «лампочка». – И Алексей Андреевич просит юношу рассказать, кто он и откуда. Три короткие фразы ответа даются парню с мучительным напряжением – его речевая «лампочка» мигает с затяжными и болезненными амплитудами. «Виталий, через 10 дней ты увезёшь в Хабаровск хорошую и добрую речь, – вдохновляет юношу и всех остальных целитель. – Но для этого есть единственное условие – строго следовать всем моим рекомендациям и выполнять все упражнения комплекса».

В «комплексе Иванкина» всё до мелочей продумано, мотивировано и отточено почти сорокалетней практикой – никакого доморощенного «знахарства». Каждое занятие – это действо, система методов, основанных на глубоких знаниях психофизических функциональных механизмов речи и её нарушений. В основе этой системы – диафрагмальное дыхание, при котором брюшной резонатор временно заменён «речевыми ногами», предназначение которых выражено в коротком слове – «дуйся». И повязки на животе пациентов – не посторонний атрибут, а эспандер, тренирующий брюшные мышцы.

А ещё вместят эти десять дней необычного лечебного курса и хоровое проговаривание алфавита, и деревянные палочки в зубах, и лечебные стихи, сочинённые самим целителем, и упражнения на вибрацию слуха и голоса, и длительное молчание как отдых от заикания («Молчание – это закрепительная «повязка» на поправленном речевом состоянии»), и…

Читайте так же:
Заговоры сибирской целительницы от заикания у детей

И ничего бы, наверное, в том не было удивительного, разработай этот метод специалист-логопед или врач-практик.

Его придумал … лискинский рабочий-строитель Алексей Иванкин, не имеющий даже начального медицинского образования, вылечивший своего первого больного на казахстанской целине в далёкие 60-е. А на излёте 80-х научные медицинские светила, прознав про «метод Иванкина», слетелись в Лиски в составе специально созданной комиссии Минздрава РСФСР. Посетив десять сеансов Алексея Андреевича, члены высокой комиссии открыли от изумления рты – такой результативности отечественная медицинская практика (да и зарубежная тоже) ещё не ведала. В январе 1989 года Иванкина спешно везут в Москву и просят провести эксперимент по коррекции заикания у группы из восемнадцати человек. Результаты того эксперимента чуть ли не заставили заикаться от удивления уже самих минздравовцев.

На специально созванной коллегии своего ведомства научные спецы констатировали буквально следующее (цитирую по протоколу коллегии №4 от 21 февраля 1989 года):

«Во время эксперимента у всех 18 человек, ранее неудачно леченных, т.Иванкин А.А. за 11 дней напряжённой работы получил положительные результаты. По мнению специалистов, для достижения такого результата в медицинских учреждениях потребовалась бы работа в течение 2-3 месяцев 5-7 врачей и логопедов. Специалисты охарактеризовали комплекс работы А.Иванкина как «эмоционально-стрессовое воздействие на заикающихся с целью коррекции речи, в котором сочетаются разнообразные психотерапевтические и педагогические приёмы, во многом оригинальные, не вступающие в противоречие с современным представлением о функциональных механизмах речи и её нарушениях».

А вердикт той коллегии был ошеломляюще-неожиданным и для самого целителя. Вот цитата из документа:

«Учитывая несомненную пользу, приносимую т.Иванкиным А.А страдающим от заикания людям, безвредность и эффективность работы и огромное желание населения получить у него помощь,

КОЛЛЕГИЯ РЕШИЛА:

1.Разрешить т. Иванкину А. А. работу по коррекции речи заикающихся с использованием собственных приёмов и личностных особенностей. Учесть согласие т.Иванкина А.А. провести выездной курс занятий по коррекции заикания в присутствии ведущих в этой области специалистов..

2.Воронежскому облздравотделу (т.Моисеев В.А.) при согласии т.Иванкина А.А. решить вопрос о его трудоустройстве в должности логопеда без специального образования и создании условий для работы».

…Русские волшебные сказки всегда завершались счастливым концом. Был он и в истории нашего героя.

Приказом Минздрава СССР №903-Л от 25.11.89 г. Алексею Иванкину выдаётся (беспрецедентный в истории медицины случай!) госдиплом ВСБ №0439406, а одиннадцать пунктов решения той коллегии открывают дорогу «методу Иванкина» в большую медицину, его автору – к учёным степеням, страдающим недугом заикания людям – ко второму своему рождению. По настоянию и при содействии Минздрава РСФСР «в целях создания условий т.Иванкину А.А.» ему выделяют в Лисках пятикомнатную квартиру во вновь отстроенном доме, и на министерском уровне прорабатывается вопрос о строительстве Центра коррекции заикания…

Но не нами сказано – «не дай Бог жить в эпоху потрясений». Грянувшая горбачёвская перестройка, а вслед за нею и «демократические» реформы некогда народного здравоохранения, скомкали счастливый конец волшебной лискинской сказки. Целительство, издревле ассоциирующееся на Руси с незаурядными способностями человека знать особенности и способности человеческого организма и средства возвращения его к нормальному состоянию, подменилось, с молчаливого одобрения государством, банальной знахарщиной, кашпировщиной, чумаковщиной, гробовщиной… Лжецелители всех мастей ринулись в одночасье не к недугам людским, а к их кошелькам, оттерев на задворки редкий дар истинного целительства. Манипулируя сознанием людей, они набивали карманы деньгами страдальцев, дискредитируя саму идею целительства.

Словом, волшебник с лискинской улицы Гагарина зурабовской официальной медицине сегодня неинтересен, не вписался он и в президентские нацпроекты. Хотя люди многих национальностей хотели бы видеть подобных Иванкину целителей в центре тех нацпроектов вместо высокоплатной, но зачастую безрезультативной и равнодушной к человеческим страданиям медицины.

К этому взывают и совсем свежие надписи с восклицательными призывными знаками поверх давних, тридцатилетних, на иванкинском шкафу-глобусе:

«Я победил заикание – ура. Спасибо, Учитель! Вы – Бог!» –

Роман Бекуришвили, Тбилиси.

«Свершилось чудо – я говорю! Вы сделали из меня человека высшего качества. Поклон Вам за это!»

Таня Большакова, Рязань.

«Дядь Лёнь, Вы мне исправили не речь, а жизнь».

Гуров Д., Молдова.

«Главное – поверить в себя. А.А., вы заставили меня это сделать».

Лаймис, Литва.

«В Краснодар – с хорошей речью! Живите тысячу лет!»

Беловцев Алексей.

«Вы даёте людям вторую жизнь. Склоняюсь перед вами!»

Курбанов Разу, Дагестан.

«Жизнь только начинается. Спасибо за дорогу, указанную к ней!»

Кирим Гареев, остров Сахалин.

…А целитель Иванкин, надписав на коллективных прощальных фото последнее напутствие своим ученикам «Не сверни с речевой дороги!» и, раздав подопечным памятки-инструктажи, и сам собирается в дорогу. И вновь – к людям. Бережно завернув в тряпочки («Так делала моя мама») недлинные рубли благодарных своих пациентов, он милосердно разносит их по «горячим» лискинским точкам: в музей на вызволение из «частного плена» картины русского художника-подвижника Криворучко, в детскую школу искусств, краеведу на издание его книги, жене давно умершего брата, инвалиду-другу детства, в многодетную семью…

Прощаясь со мною перед новой своей дорогой, он невольно повторяет слова своих учеников: «Будьте счастливы. Жизнь только начинается».

Врачи нам не помогли. Какие молитвы помогут вылечить ребенка от заикания?

Какие нужно читать молитвы, чтобы ребёнок вылечился от заикания? Прошу вас, помогите мне. Мы и к врачам ходили, но таблетки племяннику не помогают. Мне очень жаль его, он страдает, а помочь ему не могу, не знаю как. Я уверена, что молитва должна помочь, на всё воля Аллаха, только какие молитвы надо читать – не знаю…

Ответ:

С точки зрения религии:

У каждого человека бывает прерывистая речь. У обычного человека 7–10 % речи произносится с прерыванием. Это бывает в форме повторения отдельных слов или фраз – например, таких звуков, как: э-э, м-м, или междометий. Когда перерывы в речи составляют более 10 % – это уже заикание. Заикание почти всегда сопровождается напряжением и тревогой.

Многие дети в возрасте от двух до пяти лет проходят через естественный период неплавной речи. Частота прерывания речи у них может составлять десять и более процентов. Посему не стоит излишне переживать и беспокоиться по этому поводу. Довольно часто даже у взрослых людей, у которых, казалось бы, уже всё сформировалось и укоренилось, заикание поддаётся лечению.

По словам известного врача-психотерапевта Ильи Юрьевича Рассказова, проблему заикания невозможно рассматривать без комплексного и всестороннего подхода, объединяющего области логопедии, неврологии, психологии, психиатрии и психотерапии. Причин же, предрасполагающих «почву» или производящих «толчки» для рассматриваемого явления, – масса, но это не в моей компетенции, поэтому не стану углубляться в медицинские аспекты этого вопроса.

Специальных молитв именно от заикания, к сожалению, нет. Почаще и искренне обращайтесь ко Всевышнему с мольбой о помощи, излечении недуга Вашего ребёнка. Просите Аллаха так и именно в те времена, когда имеется наибольшая вероятность принятия Всевышним мольбы, а именно: состояние смирения во время совершения дуа; признание в своих грехах и просьба об их прощении; признание благ, которыми Аллах наделил нас, и воздание Ему хвалы и благодарности за них; возвращение всех долгов и совершение за них покаяния; направление в сторону Каабы, воздевание рук, прошение ко Всевышнему посредством Его прекраснейших имён, эпитетов либо посредством доброго дела; в последнюю треть ночи, сразу же после совершения обязательных, повседневных пяти молитв, между азаном и икаматом, во время совершения суджуда (земного поклона), дуа после омовения. Почаще давайте ребёнку пить воду Зам-зам, поскольку в ней есть исцеление от всякой болезни и недуга.

Читайте так же:
Детский тенотен от ночного энуреза

Очень важно, чтобы Ваш заработок, еда и одежда были добыты дозволенным путём, в противном случае Всевышний не примет Вашу мольбу!

Когда Всевышний возложил на Пророка Мусу (мир ему) пророчество, Муса (мир ему) попросил Всевышнего излечить его недуг на языке, препятствующий чёткой, внятной речи. Муса (мир ему) обратился к Аллаху со следующими словами:

قَالَ رَبِّ اشْرَحْ لِي صَدْرِي . وَيَسِّرْ لِي أَمْرِي . وَاحْلُلْ عُقْدَةً مِنْ لِسَانِي . يَفْقَهُوا قَوْلِي

« сказал: «Господи! Раскрой для меня мою грудь ! Облегчи мою миссию . Развяжи узел на моём языке, чтобы они могли понять мою речь»» (сура «Та-ха», аяты 25–28).

Помогите ребёнку выучить 27-й аят («…Развяжи узел на моём языке…») на арабском языке, пусть почаще читает его!

С точки зрения психологии:

В большинстве случаев при правильной организации общения с ребёнком проблема заикания проходит быстро и безболезненно. Прежде всего, следует знать, в результате чего у него появились дефекты речи, что послужило первопричиной. Если причиной является испуг, то необходимо вмешательство детского психолога для снятия тревожности. Если по каким-либо причинам это невозможно, то Вы сами можете в некоторой степени снять уровень тревожности.

Для этого необходимо разговорить ребёнка, поощряя рассказывать о его страхах, о том, чего он больше всего боится. Если по причине заикания у него возникнут сложности с рассказом, то пусть он Вам нарисует свой страх или вылепит из пластилина. Сейчас трудно что-либо говорить конкретно, поскольку неизвестен возраст Вашего племянника. В любом случае лепка и рисование, как правило, не вызывают затруднений у ребёнка любого возраста.

Если вышеуказанного Вам удастся достичь, то следует вместе с племянником придумать смешной рассказ про то, чего он больше всего боится, или рассказ о том, как некто победил его страх и взял над ним верх.

Общее заикание всегда является следствием тревожности, а нередко следствием ночных страхов, поскольку они усиливают общее воздействие пережитого страха. Если имеются ночные страхи, то уместно разместить в тех местах, которых ребёнок больше всего боится (шифоньер, сундук, место под кроватью и т. д.), его любимые игрушки или просто надувные шары с нарисованными на них смешными рожицами. Эта незатейливая процедура позволяет снять интенсивность ночных страхов и, как следствие, оказать положительное воздействие на лечение заиканий.

Естественно, всё перечисленное само по себе от заикания не избавит, но это необходимо для общего, комплексного подхода. Главный же акцент делается на речевых дефектах, точнее на их коррекции. Тут Вам понадобится помощь логопеда-дефектолога, поскольку Ваш племянник нуждается в правильной постановке речи. Очень жаль, что Вы не указали возраст Вашего племянника, так было бы намного легче давать конкретные рекомендации.

Прежде всего, попробуйте провести с ним следующую процедуру: наденьте на него наушники и включите погромче, но не слишком громко, какой-либо звук. При этом попросите его прочитать вам какое-либо стихотворение или отрывок из книги. Крайне важно, чтобы наушники препятствовали ребёнку слышать собственный голос. Если Вам это удастся и он сможет легко, не заикаясь прочесть стихотворение, то шансов на его скорое исцеление прибавится.

Кроме того, попросите его сесть в удобном для него положении, пусть он постарается максимально расслабиться, после чего попросите его очень медленно что-либо говорить, особый акцент делая на том, чтобы он говорил как можно медленнее и спокойнее. Чаще всего в такой ситуации заикание пропадает, и у ребёнка появится уверенность в том, что он сможет наладить свою речь. Главное для него – найти свой темп речи, при котором он не будет заикаться.

Нередко помогает и то, если человека, страдающего заиканием, попросят напевать какую-либо песенку. Это тоже способствует снятию напряжённости голосовых связок и коррекции заикания. Но в любом случае самолечение может и не быть эффективным, всё-таки нужно обращаться к логопеду и в специальные центры по коррекции речи.

На вопрос отвечали:

Мухаммад-Амин Магомедрасулов, выпускник Дагестанского исламского университета

Алиасхаб Анатольевич Мурзаев, психолог-консультант Центра социальной помощи семье и детям

Молитва все исцелет

В конце XIX века профессор Москвоского Университета, Российской Академии наук Сергей Александрович Рачинский стал главным идеологом школы. Целью воспитании Рачинский называл «Развитие внутреннего человека в духе православии». Среди учеников его школы были известные деятели культуры, ученые, а также протоиерей Александр Васильев — духовник Царской семьи.

В 1898 году опубликовал работу «Заикание и церковно­славянское чтение», где писал, что в своей школе в течение многих лет успешно применял чтение Псалтири на церковно­славянском языке для избавления от заикания. Сергей Александрович, ставя во главу угла воцерковление человека, считал, что церковно­славянский язык содержит синтагмы (синтагма — последовательность языковых элементов — ред.), способные «излечивать» от заикания. Опытным путем профессор убедился в том, что хорошо поставленное церковно­славянское чтение Псалтири (а в то время детей учили читать именно по Псалтири) убирает запинки в речи, делает ее плавной и свободной. Таким образом, он первый предложил использовать чтение на церковно­славянском языке как способ избавления от заикания, отказавшись от принятых в то время методов логопедии: работы с зеркалом, проговаривания слов

Прошло больше ста лет. И вот три года назад в Камчатской епархии при Свято-­Пантелеимоновом мужском монастыре открыли Центр церковной реабилитации заикающихся, который работает по методике профессора Рачинского. Центр был создан по благословению правящего архиерея и инициативе иеромонаха Иоанна (Зайца), которой сам в прошлом заикался, но Господь его чудным образом исцелил (когда он нес послушание в Свято­-Успенском Псково­-Печорском монастыре). Теперь отец Иоанн, испытав на себе всю тяжесть логоневроза, хочет помочь людям, страдающим этим недугом.

Отец Иоанн, расскажите, пожалуйста, свою историю, как Вы исцелились от заикания?

Я вырос в семье военного политработника, мы жили в военных городках, и я с детства мечтал стать боевым офицером. Мой отец был десантником, но после травмы ему пришлось перейти в пехоту. У нас дома был «культ слова», папа хорошо умел говорить, поэтому мое заикание переживалось мной особенно остро. К тому же, отец часто отзывался о других людях так: «Он пыкает, мыкает — заикается…». Со временем стало понятно, что военным мне не быть, и после службы в армии я поступил на исторический факультет. Мое юношеское тщеславие побудило меня еще тогда, в девятнадцать лет, поставить перед собой задачу: во что бы то ни стало исправить свою речь. Мне захотелось решить эту проблему раз и навсегда, сначала для себя, а потом и для всех людей. Я оставил университет, стал работать сторожем и весь ушел в поиск путей решения проблемы. Думал, что трех лет мне для этого хватит, но не тут­-то было. Десять с лишним лет я только и делал, что искал всевозможные методики избавления от заикания и тут же проверял их на себе — был некоей экспериментальной площадкой. Задача передо мной стояла очень остро: или я, или заикание — бескомпромиссно, или я победил, или я погиб. И когда понял, что, испробовав все лечебные методики, проиграл, жизнь показалась мне законченной.

Читайте так же:
Конспект занятия по заиканию транспорт

И тут вмешался Господь. Пока мы что­-то упрямо пытаемся делать сами, Бог нам не помогает. Но когда мы отказываемся от своей воли, понимая, что сами по себе бессильны что­-либо изменить, Он сразу приходит к нам на помощь. Бог, что называется, взял меня «за шкирку» и чудесным образом привел в монастырь. И там я понял: это то, что я искал всю свою жизнь, и из монастыря никогда не уйду. С тех пор у меня не то что желания, но даже мысли возвращаться в мир не было.

В монастыре никто не знал, что я заикаюсь. Там много не говорят, и мне удавалось скрывать этот свой недостаток. Меня поставили смотрителем пещер в Псково­-Печорском монастыре и дали послушание экскурсовода. И я понял, что это — смерть: отказаться не могу и исполнить не могу, так как заикаюсь. Недели две или три я был, как в огне: все это время горячо, можно сказать, отчаянно молился на мощах в святых Пещерах. Хорошо, что, помимо меня, там была женщина, водившая экскурсии. Каждый день я ждал, что меня выгонят из монастыря с позором и разоблачением. И вот однажды в Пещеры вошла группа паломников, а матушка-­экскурсовод была занята. Люди окружили меня, разглядывая святое место, и я не мог сквозь них прорваться. В этот момент я как будто умер… А придя в себя, почувствовал, как будто крючок от меня отцепился: я говорить пока еще не умею, но могу. И стал потихонечку говорить. Так Господь меня исцелил.

Потом, в течение примерно трех лет, я о заикании вообще не мог ни говорить, ни думать. Меня отвращало от него — настолько я наслаждался дарованной мне свободой речи. Страх был, что Господь по грехам моим отнимет эту способность, да и сейчас есть понимание, что Господь может отобрать Свой дар.

Расскажите, пожалуйста, о методе излечения от заикания, который Вы используете в вашем Центре.

Метод этот уходит в глубину веков. Занимаясь серьезно вопросом логоневроза, изучая специальную и историческую литературу, я обнаружил, что ни в древнерусских летописях, ни в древнерусской литературе нет никаких упоминаний о людях, страдающих недугом заикания. Разве в Древней Руси не было заикающихся? Были, как и у каждого народа. Но, видимо, этот недуг не считался неизлечимым, он излечивался естественным образом в Церкви, через чтение Псалтири и приобщение к полноте церковной жизни, которой жил тогда весь русский народ. Отход от Церкви, от Бога-­Слова во все времена нарушал духовную иерархию личности, искажал ее, что в первую очередь сказывалось на речи. Когда иерархия — дух, душа, тело — выстроена, то каким образом тело может сопротивляться духу, если дух подчинен Богу? Поэтому главное освобождение от заикания происходит на духовном уровне.

Речь является даром Божиим. И в продуцировании речи участвуют не только тело и душа, но и дух. Человек — существо целостное, говорит весь человек, все его человеческое существо. Звук воспроизводится с помощью тела, но телом управляет душа, а душой — дух. Если эта иерархия выстроена правильно, то человек получает свободу во владении своей речью.

Поэтому важным компонентом в ходе занятий является воспитание послушания. Послушание — это практическое упражнение по выстраиванию иерархии. Подчиняя свою волю Богу, человек закономерно получает себе в подчинение лежащие на более низком иерархическом уровне душу и тело.

Если внимательно присмотреться, то увидим: сам морфологический состав слова «заи­кающийся» указывает на средство для излечения от этого недуга — покаяние. То есть, чтобы исцелиться, надо прийти к Богу с покаянным сердцем, восстановить диалог с Творцом. И с верой и упованием на Божию милость приступать к практическим занятиям.

Отец Иоанн, на чем они базируются и как проходят?

На правильном чтении. На занятиях мы помогаем людям вырабатывать новые рече-двигательные комплексы, направленные от адресанта к адресату. Практическая часть занятий состоит из упражнений: чтение вслух Псалтири и других священных текстов нараспев, хоровое пение, молитва.

Доктор филологических наук Ольга Прохватилова выявила особые ритмико-­интонационные стороны древней и современной речи (такие, как высота, громкость голосового тона, темп речи, сила, ударение). Современная речь акцентирует ударения, для нее характерны изменения высоты тона: повышения, понижения и интенсивности звучания. А речь наших предков характеризовалась еще и пролонгацией гласных, как сейчас «окают» на Волге. Такая форма речи и сегодня сохранилась в Церкви, при чтении церковных и богослужебных текстов. В обычной речи мы ставим семантическое (смысловое) ударение на какое­-то слово. А в молитве этого ударения нет. Ударение тщательно изгоняется императивом: «не читай церковно­славянский текст с чувством». А помните, как в школе учителя словесности говорили: «Не читай, как пономарь, а читай с чувством, с толком, с расстановкой». А древняя семантика, церковное звучание, как раз монотонно, ровно, неторопливо, что способствует спокойной, плавной речи.

Существует еще один психологический момент, который влияет на плавность речи. Установлено, что речь у заикающегося освобождается, если она направлена либо на «нижестоящих», не обладающих даром слова: на предмет или животное, либо же наоборот: когда он обращается к Богу. Говоря словами ученых, есть обычная коммуникация, когда мы общаемся друг с другом, есть квазикоммуникация, как у Чехова: «Многоуважаемый шкаф!», когда мы общаемся со зверями или с предметами, а есть аутокоммуникация, когда общаемся сами с собой. Долгое время ученые, в особенности западные исследователи, считали, что молитва — это аутокоммуникация. А Ольга Прохватилова доказывает средствами филологии, что молитва — это гиперкоммуникация, потому что есть адресат. Молящийся обращается отнюдь не к себе, а к адресату, называемому по имени. И в этой молитвенной речи безударные гласные читаются как в ударной позиции, то есть тщательно выговаривается каждая буква. Нет редукции согласных: оглушения, озвучения, то есть каждая буква как она пишется, так и читается. Почему в молитве заикающийся и говорит свободно.

Иными словами, чтобы помочь людям избавиться от заикания, мы активизируем их сакральную речь, потому что сама по себе сакральная речь — богообщение — свободна по своей сути. При молитве запинок в речи в принципе быть не может. Бог есть Любовь, и в общении с Ним никаких препятствий и запинок не бывает.

Мы приглашаем на занятия специалистов — психологов, логопедов, актеров, психотерапевтов, которые помогают людям преодолевать психологические барьеры замкнутости и страха.

Важной частью занятий являются духовные беседы, в которых раскрываются основные положения святоотеческого учения о человеке. Обязательным является участие в церковных таинствах — Исповеди, Причастии, Соборовании.

Таким образом, мы воссоздали существовавший в Православной Церкви опыт помощи людям, страдающим заиканием. Новизна нашего опыта, в отличие от методики Рачинского, в том, что участники занятий — взрослые люди, и речевая коррекция происходит в процессе их воцерковления.

Знаю одну девушку, которая долгое время боялась публичных выступлений. А потом решила не волноваться, а действовать — выговаривать каждую букву. И ее речь потекла.

Это психотерапевтический эффект при выговаривании каждой буквы — в переключении внимания со смысла слов на их «техническое» произношение. И когда меня учили читать еще в Псково-­Печорском монастыре, то говорили, что надо держать внимание на кончиках губ. Когда читаешь незнакомые слова по церковно­славянски, то выговариваешь каждую букву и губами это чувствуешь. Это тоже прием, очищающий от негативных мысленных наслоений и страхов: «получится — не получится». Но этот прием используется только начинающими.

Читайте так же:
Массаж при заикании у детей в домашних условиях

А логопедические приемы, которые используют светские логопеды — неужели не приносят никакой пользы?

Технические логопедические приемы работают очень ограниченно. Более того, могут навредить, ведь у заикающегося речь сохранена и полностью реализуется, как мы говорили, либо в молитве, либо в общении с «низлежащими». Ставить речевое дыхание, использовать различные техники — значит искусственно вырабатывать у заикающегося еще одну речь, наравне с той, что у него существует.

В «двухмерной» светской антропологии — тело, душа — рецепта излечения заикания вы не найдете. Ученые США, со всей их мощью — экономической, медицинской и финансовой — признали заикание неизлечимым, потому что светская наука почти не принимает во внимание духовную составляющую человека. Хотя очевидны положительные плоды православного, целостного подхода к излечению человека от заикания. Уже сегодня, спустя три года после открытия нашего Центра, многие люди частично или полностью избавились от заикания. И, думаю, в будущем именно этот подход будет широко применяться.

Газета «Вестник» №10

В конце прошлого года в Петропавловской и Камчатской епархии прошла первая в России научно-практическая конференция: «Опыт православной педагогики в решении проблемы заикания человека». Конференция была организована Петропавловской и Камчатской епархией при поддержке Камчатского государственного университета имени Витуса Беринга, Министерства образования и науки Камчатского края, Камчатского института повышения квалификации педагогических кадров. В работе конференции приняли участие более 250 человек. Среди них были священнослужители, ученые, логопеды, дефектологи, психологи, преподаватели и все неравнодушные к этой проблеме. С докладами выступили прибывшие из Москвы кандидаты психологических наук Елена Гусева и Ольга Серова, научные сотрудники Психологического института Российской академии образования.

Большое внимание на этом мероприятии уделили деятельности «Центра помощи заикающимся» при Камчатском Свято-Пантелеимоновом мужском монастыре. Иеромонах Иоанн (Заяц), руководитель Центра, уже в течение трех лет помогает людям, страдающим от заикания, избавляться от этого недуга, используя православный подход. Как известно, еще в XIX веке профессором Московского университета С.А. Рачинским было установлено, что чтение церковнославянских текстов обладает выраженным терапевтическим эффектом при лечении заикания.

Мы решили побеседовать об этом с руководителем Камчатского «Центра помощи заикающимся» отцом Иоанном, тем более что он и сам долгое время страдал логоневрозом, пережив в трехлетнем возрасте психологическую травму. Став взрослым, отец Иоанн перепробовал не один способ, чтобы освободиться от своего недуга, но только через обращение к Господу, воцерковление, послушническую жизнь в монастыре и желание помочь другим он смог обрести исцеление.

— Отец Иоанн, расскажите немного о себе

— Я вырос в семье военного политработника, мы жили в военных городках, и я с детства мечтал стать боевым офицером. Мой отец был десантником, но после травмы ему пришлось перейти в пехоту. У нас дома был культ слова, папа хорошо умел говорить, поэтому мое заикание переживалось мной особенно остро. К тому же отец часто отзывался о других людях так: «Он пыкает, мыкает — заикается. ». И когда стало понятно, что военным мне не быть, то маменька, будучи бухгалтером, предложила мне идти в финансисты, но это было не для меня. Моя сестра по образованию историк, и после службы в армии я тоже поступил на исторический факультет. Мое юношеское тщеславие побудило меня еще тогда, в 19 лет, поставить перед собой задачу: во что бы то ни стало исправить свою речь. Мне захотелось решить эту проблему раз и навсегда, сначала для себя, а потом и для всех людей. Я оставил университет, стал работать сторожем и весь ушел в поиск путей решения проблемы. Думал, что три года мне для этого хватит, но. не тут-то было. Десять с лишним лет я только и делал, что искал всевозможные методики избавления от заикания и тут же проверял их на себе — был некоей экспериментальной площадкой. Задача передо мной стояла очень остро: или я, или оно — бескомпромиссно, или я победил, или я погиб — без вариантов. И когда понял, что, испробовав все лечебные методики, я полностью проиграл, жизнь показалась мне законченной.

Тогда я, можно сказать, смирился, полностью отказался от себя. И тут вмешался Господь. Пока мы что-то пытаемся делать свое, Бог не может нам помочь. Но когда мы отказываемся от своей воли, понимая, что сами по себе бессильны что-либо изменить, Он может в нас действовать. Бог, что называется, взял меня «за шкирку» и чудесным образом привел в монастырь. И там я понял: это то, что я искал всю свою жизнь, и из монастыря никогда не уйду. С тех пор у меня не то что желания возвращаться в мир не было, но даже мысли такой никогда не возникало.

В монастыре никто не знал, что я заикаюсь. Там много не говорят, и мне удавалось скрывать этот свой недостаток. Меня поставили смотрителем пещер в Псково-Печерском монастыре и дали послушание экскурсовода. И я понял, что это — смерть: отказаться не могу и исполнить не могу, так как заикаюсь. Недели две или три я был, как в огне: все это время горячо, можно сказать, отчаянно молился на мощах в святых Пещерах. Хорошо, что помимо меня, там была женщина, водившая экскурсии. Каждый день я ждал, что меня выгонят из монастыря с позором и разоблачением. И вот однажды в Пещеры вошла экскурсия, а матушка-экскурсовод была занята. Люди окружили меня, разглядывая святое место, и я не мог сквозь них прорваться. В этот момент я как будто умер. Придя в себя, я почувствовал, как будто крючок от меня отцепился: я говорить пока еще не умею, но могу. И стал потихонечку говорить. Так Господь меня исцелил.

Потом, в течение примерно трех лет, я о заикании вообще не мог ни говорить, ни думать. Меня отвращало от него — настолько я наслаждался дарованной мне свободой речи. Страх был, что Господь по грехам моим отнимет эту способность, да и сейчас есть понимание, что Господь может отобрать Свой дар. Это Его дар, ни капельки не мой. Так постепенно стал уходить логоневроз, и речь в разных ситуациях стала формироваться. Я обретал опыт общения в разных аудиториях. До этой конференции опыта выступления со сцены у меня не было. Я говорил, максимум, для 20-30 человек, без микрофона. Поэтому, выступая на конференции, волновался: это был мой первый опыт, но милостью Божией все прошло хорошо.

Кстати, в своем выступлении я рассказал о том, что ни в древнерусских летописях, ни в древнерусской литературе нет никаких упоминаний о людях, страдающих недугом заикания. «Разве в Древней Руси не было заикающихся?! Были, как и у каждого народа. Но, видимо, этот недуг не считался неизлечимым, он излечивался естественным образом в Церкви, через чтение Псалтири и приобщение к полноте Церковной жизни, которой жил тогда весь русский народ. Отход от церкви, от Бога-Слова, нарушал духовную иерархию личности, искажал ее, что в первую очередь сказывалось на речи. Если внимательно присмотреться, то увидим: сам морфологический состав слова «заи-КАЮЩИЙСЯ» указывает на средство для излечения от этого недуга — покаяние. То есть, чтобы исцелиться, надо прийти к Богу с покаянным сердцем, восстановить диалог с Творцом». По своему опыту знаю, что в церковной реабилитации главным действующим лицом является сам Бог, а человек — только Его помощник.

Читайте так же:
Сиделка к пожилому человеку с деменцией

— Знаю одну девушку, которая долгое время боялась публичных выступлений. А потом она решила не волноваться, а действовать — выговаривать каждую букву. И ее речь потекла.

— Психотерапевтический эффект при выговаривании каждой буквы — в переключении внимания со смысла слов на их «техническое» произношение. И когда меня учили читать еще в Псково-Печорском монастыре, то говорили, что надо держать внимание на кончиках губ, когда говоришь. Делать это все время нет смысла, но у заикающегося речевое внимание блуждает по всему телу. Когда читаешь незнакомые слова по церковно-славянски, то выговариваешь каждую букву и губами это чувствуешь. Это тоже прием, очищающий от негативных мысленных наслоений и страхов: «получится — не получится». Но этот прием используется только начинающими. Вообще асемантическое ударение, тщательное выговаривание букв, например, произношение «о» в неударной позиции как ударной гласной — способствуют освобождению речи.

Здесь хотелось бы коснуться докторской диссертации Ольги Прохватиловой, которую она защитила 13 лет назад. Она собрала двадцать тысяч звуковых отрезков, которые используются в церковной практике, исследовала их и пришла к определенным выводам. Она выявила особые просодики (общее название таких ритмико-интонационных сторон речи как высота, громкость голосового тона, темп речи, сила, ударение — прим. ред.): древнюю и современную. Современная фонетическая система акцентирует ударения, реализуется путем изменения высоты тона: повышения, понижения и интенсивности звучания. А древняя просодика характеризовалась еще и пролонгацией гласных, как сейчас «окают» на Волге. Древняя просодика сохранилась в Церкви.

В диссертационном исследовании Ольги Прохватиловой говорится, в частности, о рамочном обрамлении синтагм (название комбинации знаков, предполагающей протяженность — прим. ред.), о несовпадении синтаксического и синтагматического деления текстов. И один из выводов — определяющая роль так называемого асемантического ударения. То есть в обычной речи мы ставим семантическое (смысловое) ударение на какое-то слово. А в молитве этого ударения нет. Ударение тщательно изгоняется императивом: «не читай церковно-славянский текст с чувством». Помните, как в школе учителя словесности говорили: «Не читай, как пономарь, а читай с чувством, с толком, с расстановкой». А древняя семантика, церковное звучание как раз монотонно. На основании всех этих формальных признаков Прохватилова вводит понятие «гиперкоммуникация».

Есть обычная коммуникация, когда мы общаемся друг с другом, есть квазикоммуникация, как у Чехова: «Многоуважаемый шкаф!» — то есть мы общаемся со зверями или с предметами, а есть аутокоммуникация, когда общаемся сами с собой. Долгое время ученые, в особенности западные исследователи, считали, что молитва есть аутокоммуникация. А Ольга Александровна доказывает средствами филологии, что молитва — это гиперкоммуникация, потому что есть адресат. Молящийся обращается отнюдь не к себе, а к адресату, называемому по имени. И в этой молитвенной речи мы слышим асемантическое ударение. Более того, безударные гласные читаются как в ударной позиции, то есть тщательно выговаривается каждая буква. Нет редукции согласных: оглушения, озвучения, то есть каждая буква как она пишется, так и читается.

Осуществляя гиперкоммуникацию, мы восстанавливаем вначале вертикаль (молитвенную связь со Творцом — прим. ред.). Вот почему в молитве даже заикающийся говорит свободно.

Замечено, что речь у заикающегося освобождается, если она направлена либо на ниже «стоящих», не обладающих даром слова: на предмет или животное, либо же наоборот: когда он обращается к Богу.

Иными словами, чтобы избавиться от заикания, мы активизируем сакральную речь, потому что сама по себе сакральная речь — Богообщение — свободна по своей сути. При молитве запинок в речи в принципе быть не может. Бог есть Любовь, и тут никаких препятствий и запинок не бывает по определению.

Рассмотрим псалмодирование — говорение на одной ноте. Оно имеет рамочную структуру. Синтагма, т.е. звуковой отрезок, начинается и оканчивается пролонгацией (удлинением) гласных. Мы заканчиваем синтагму, слегка выделяя гласную. Потом к ней присоединяем первую ударную гласную второй синтагмы, которая тоже удлиняется. Мы сцепляем их в единое целое, получается некая «пропевка», предотвращающая любую запинку или спазм.

Один из популярных светских способов преодоления заикания описан в книге Рут Мэд «Речь как река». По этой методике заикающийся говорит, пропевая гласные звуки. На самом деле те вещи, которые как бы открыла Рут, существуют в Русской Церкви больше тысячи лет.

— А вы говорите только на выдохе или это у вас происходит уже автоматически?

— Все эти логопедические приемы очень вредны для речи, ведь у заикающегося речь-то сохранена и полностью реализуется либо в молитве, то есть по вертикали вверх, либо в общении с низлежащими, то есть по вертикали вниз. Ставить какие-то речевые дыхания и прочее — означает наносить ему вред. Свобода речи заключается не в механических действиях, а именно в духовной сфере. Ставить дыхание — значит искусственно вырабатывать у него еще одну речь, наравне с той, что у него существует. Естественно, речевое дыхание — только на выдохе, оно так и ставится, и ни один чтец в храме или монастыре не читает на вдохе — это противоестественно. Тут нужно как бы «оседлать» интонацию, «оседлать» это речевое дыхание. Но опять-таки все эти технические ухищрения работают очень ограниченно.

Я исцелился за одну секунду. Просто этот «крючок» Господь отцепил — и все. Скорее всего, это нетипично. В работе с людьми, страдающими логоневрозом, мы опираемся на православную антропологию: тело, душа, дух — и на их иерархическое соподчинение. Когда иерархия выстроена, то каким образом тело может сопротивляться духу, если дух подчинен высшему началу? Поэтому главное освобождение происходит на духовном уровне, отсюда идет выстраивание правильной иерархии.

В «двухмерной» светской антропологии — тело, душа — рецепта излечения заикания вы не найдете. Тут нужно применять православную антропологию: тело, душа, дух, — учитывая то, повторюсь, что у заикающегося сохранена сакральная речь. При этом акцент делается на духовном состоянии, в котором при молитве адресант обращается к Адресату, ко Творцу. И если молитва искренняя, полная, то всевозможные речевые «костыли» в данном случае не нужны. В момент полного молитвенного обращения человека к Богу, говоря техническим языком, он переключается на другую волну, и его пронизывает Божественная энергия. В данный момент тело уже не сопротивляется, не капризничает, не творит свою волю, потому что не может этого сделать. В этот момент, когда человек открывает сердце Богу и начинает молиться, помех для его речи нет.

Освобождение речи происходит на уровне духа. Я общался со многими логопедами и на конференции говорил, что логопеды заикания боятся, потому что на уровне тела и на уровне души оно не исправляется. Чтобы излечить заикание, нужно выходить на уровень духа. А это уже христианская антропология.

Ученые США, со всей их мощью — экономической, медицинской и финансовой, признали заикание неизлечимым, потому что они не выходят на область духа. Речь же зависит от духовной сферы. К сожалению, светская наука почти не принимает во внимание духовную сферу человека, хотя мы видим положительные плоды православного, целостного подхода к человеку при излечении от заикания. И, думаю, в будущем именно этот подход к избавлению от этого недуга будет широко применяться.

Кстати, в завершении нашей научно-практической конференции была принята резолюция, в которой все участники рекомендовали к широкому применению православный подход к лечению заикания.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector