Klondajk-med.ru

Клондайк МЕД
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Коморбидность депрессии и деменции

Психоневрология

Психоневрология — Раздел психиатрии и невропатологии. Неврозы и другие пограничные состояния, методы их предупреждения. Диагностика, лечение и профилактика нервных болезней.

На современном этапе в России наблюдается тенденция к увеличению регистрации случаев нейросифилиса на фоне снижения заболеваемости сифилитической инфекцией в целом. Рост заболеваемости нейросифилисом отражает ситуацию с повышением частоты первичных форм с

С помощью «Методики исследования социального интеллекта» Дж. Гилфорда и М. Салливена в адаптации Е. С. Михайловой обследованы 125 больных, страдающих средней стадией алкогольной зависимости. Установлено, что 82,4% больных имеют низкие показатели уровня ра

Болезнь Альцгеймера – одна из наиболее распространенных причин развития деменции в пожилом возрасте. Вебинар посвящен обсуждению современных представлений об эпидемиологии, патогенезе и критериях диагностики заболевания и основах фармакологической терапии

Поскольку непосредственные этиологические факторы аномалии развития не известны, в работе выделены основные группы причин, способствующих формированию пороков развития головного мозга. Большое значение отводится ранней диагностике пороков развития, котора

Назначение венлафаксина – антидепрессанта класса селективных ингибиторов обратного захвата серотонина и норадреналина – в течение 48 часов после госпитализации снижает уровень воспаления и риск смерти и интубации у больных с тяжелым течением COVID-19.

Болезнь Альцгеймера – одна из наиболее распространенных причин деменции среди пожилых пациентов. Для снижения скорости прогрессирования заболевания рекомендуется применение ингибиторов ацетилхолинэстеразы в комбинации с немедикаментозными методами терапии

Неврологические нарушения – одно из наиболее распространенных осложнений перенесенной коронавирусной инфекции. О причинах, симптомах и современных методах фармакологической коррекции тревожных расстройств в эпоху COVID-19 – в вебинаре Аведисовой А.С.

В статье рассматриваются факторы, связанные с пандемией COVID-19, влияющие на интимную жизнь в постоянных парах.

В последние годы впервые в странах с развитой экономикой и высоким уровнем доходов достигнуто снижение заболеваемости инсультом. Тенденция к снижению сердечно-сосудистой заболеваемости в экономически развитых странах мира доказывает эффективность превенти

Вебинар Дадашевой М.Н. посвящен анализу причин тревожно-депрессивных расстройств и коморбидных состояний. На примере клинических случаев обсуждаются оптимальные алгоритмы дифференциальной диагностики и эффективность различных методов терапии.

Хронический болевой синдром часто сопровождается когнитивными и психоэмоциональными нарушениями, в основе которых лежат структурные и биохимические изменения мозга. Где формируется связь между болью и нейродегенерацией – в вебинаре Аникиной М.А.

Депрессия и тревожные расстройства встречаются более чем у половины пациентов с болезнью Альцгеймера. Фармакологическая коррекция симптомов депрессии у пожилых пациентов с деменцией позволяет стабилизировать динамику основного заболевания и повысить качес

В рамках V Всероссийского Конгресса по геронтологии и гериатрии ведущий специалист в области диагностики и лечения когнитивных расстройств В.В. Захаров обсудил результаты последних исследований о связи COVID-19 и болезнью Альцгеймера.

Тревожные расстройства, депрессия и фобии – ведущие факторы социальной инвалидизации больных с функциональными расстройствами. Препаратами первого выбора в психофармакотерапии функционально-соматических расстройств остаются антидепрессанты, включая СИОЗСН

Телемедицина набирает все большую популярность в современной психиатрии. Отечественные разработки позволяют существенно расширить спектр немедикаментозных методов лечения психических расстройств и повысить эффективность диагностики и контроля лечения.

На сателлитном симпозиуме VII Съезда психиатров России, посвященном актуальным вопросам женского психического здоровья, ведущие эксперты обсудили современные методы психофармакологической коррекции тревожных расстройств и хронического болевого синдрома.

В данной статье затрагиваются вопросы, связанные с развитием дисциркуляторной энцефалопатии (ДЭ). Освещены вопросы распространенности данного патологического состояния на территории РФ. Проведен анализ современных представлений о патогенезе, описаны отдел

Одними из наиболее важных для уровня социального функционирования и адаптации составляющих клинической картины хронической ишемии мозга (дисциркуляторная энцефалопатия, болезнь малых сосудов) являются психопатологические симптомокомплексы: тревожные, смеш

При инфаркте мозга окклюзия церебральной артерии приводит к очаговой ишемии. Ишемический очаг представлен центральной зоной некроза, которая окружена областью так называемой ишемической полутени, нейроны которой потенциально жизнеспособны, однако кровосна

В работе детализированы варианты постстрессовых нарушений у представителей опасных профессий (сотрудников силовых ведомств, участников ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС) и на этой основе обоснованы адекватные способы коррекции данных

Ранний дебют болезни Альцгеймера у пациентов с психиатричесrими заболеваниями

Согласно результатам недавно опубликованного исследования депрессия и тревожные расстройства ассоциированы с ранним дебютом болезни Альцгеймера. Заболевание дебютирует на 2 года раньше у пациентов с депрессией и на 3 года раньше в случае тревожного расстройства. Результаты исследования подчеркивают важность скрининга когнитивных нарушений у пожилых пациентов с психиатрическими коморбидными патологиями.

Дизайн исследования и результаты

Исследователи из США проанализировали 1500 пациентов с болезнью Альцгеймера которые наблюдались в UCSF Memory and Aging Center, на наличие психиатрических заболеваний.

43,3% пациентов имели депрессию, 32,3% – тревожные расстройства, 1.2% – биполярное расстройство, 1% – посттравматическое стрессовое расстройство и 1% – шизофрению.

  • Показано, что у пациентов с депрессией дебют болезни Альцгеймера наступал на 2,1 год раньше, у пациентов с тревожными расстройствами на 3 года раньше, чем у лиц, не имеющих данное заболевание (P <0,001).
  • Продемонстрировано, что различие в возрасте дебюта болезни Альцгеймера удваивалось с каждым дополнительным психиатрическим диагнозом. Так, наличие одного заболевания было ассоциировано с дебютом болезни Альцгеймера на 1,5 год раньше, 2 заболеваний – на 3,3 годов раньше, наличие 3 и более заболеваний – на 7,3 года раньше (P < 0,001). При этом группа с 2 психиатрическими заболеваниями включала депрессию и тревожное расстройство. В случае одновременного присутствия 3 заболеваний в большинстве случаев речь шла о депрессии, тревожном расстройстве и посттравматическом стрессовом расстройстве.
  • Как же объяснить более ранний дебют болезни Альцгеймера? В качестве возможных предрасполагающих факторов исследователи выделили женский пол, аутоиммунные заболевания (сахарный диабета 1 типа, рассеянный склероз, судороги) (нейровоспаление может вносить вклад в связь между депрессией и ранним дебютом болезни Альцгеймера; пациенты с тревожными расстройствами имели более высокую частоту судорог).
Читайте так же:
Персен для детей от заикания

Отметим, что исследователи не изучали вклад психотропных препаратов в ранний дебют деменции.

Источник: American Academy of Neurology (AAN) 2021 Annual Meeting: Presentation 003. To be presented April 20, 2021.

Всероссийская Образовательная Интернет-Сессия

Информация и материалы, представленные на настоящем сайте, носят научный, справочно-информационный и аналитический характер, предназначены исключительно для специалистов здравоохранения, не направлены на продвижение товаров на рынке и не могут быть использованы в качестве советов или рекомендаций пациенту к применению лекарственных средств и методов лечения без консультации с лечащим врачом.

Лекарственные препараты, информация о которых содержится на настоящем сайте, имеют противопоказания, перед их применением необходимо ознакомиться с инструкцией и проконсультироваться со специалистом.

Мнение Администрации может не совпадать с мнением авторов и лекторов. Администрация не дает каких-либо гарантий в отношении cайта и его cодержимого, в том числе, без ограничения, в отношении научной ценности, актуальности, точности, полноты, достоверности научных данных представляемых лекторами или соответствия содержимого международным стандартам надлежащей клинической практики и/или медицины основанной на доказательствах. Сайт не несет никакой ответственности за любые рекомендации или мнения, которые могут содержаться, ни за применимость материалов сайта к конкретным клиническим ситуациям. Вся научная информация предоставляется в исходном виде, без гарантий полноты или своевременности. Администрация прикладывает все усилия, чтобы обеспечить пользователей точной и достоверной информацией, но в то же время не исключает возможности возникновения ошибок.

Когнитивные изменения при коморбидности алкогольной зависимости и аффективных расстройствах

В этом исследовании мы стремились оценить уровень когнитивного функционирования у пациентов с коморбидным течением алкогольной зависимости и аффективного расстройства, а также сравнить выявленные изменения с показателями когнитивных тестов у пациентов, страдающих только алкоголизмом или аффективным расстройством. Предполагается, что у пациентов с коморбидностью может быть более тяжелый когнитивный дефицит, чем у пациентов с одним диагнозом.

Материалы и методы. Обследовано 100 пациентов в возрасте 30–50 лет до начала лечения: 30 пациентов с аффективными расстройствами, 40 пациентов с алкогольной зависимостью и 30 пациентов с коморбидным течением алкогольной зависимости и аффективного расстройства. В качестве группы контроля было обследовано 30 психически и соматически здоровых лиц. Оценка уровня когнитивного функционирования проводилась с использованием компьютерных тестов Go/No-go, Corsi и Струпа.

Результаты. Обнаружены статистически значимо более низкие показатели когнитивного функционирования у пациентов с коморбидным течением алкогольной зависимости и аффективного расстройства по сравнению со всеми обследуемыми группами.

Заключение. Полученные в исследовании данные свидетельствуют о том, что наличие коморбидности алкогольной зависимости и аффективного расстройства у пациентов приводит к значительному ухудшению когнитивных функций: исполнительного контроля, рабочей памяти, внимания и когнитивной гибкости по сравнению со здоровыми лицами, а также пациентами, страдающими только алкогольной зависимостью или аффективным расстройством.

Ключевые слова

Об авторах

Галкин Станислав Алексеевич, аспирант

Пешковская Анастасия Григорьевна, младший научный сотрудник

Кисель Наталья Игоревна, кандидат медицинских наук

Васильева Светлана Николаевна, кандидат медицинских наук

Иванова Светлана Александровна, доктор медицинских наук, профессор, заедующая лабораторией молекулярной генетики и биохимии, заместитель директора по научной работе

Бохан Николай Александрович, академик РАН, доктор медицинских наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, директор; заведующий кафедрой психиатрии, психотерапии, наркологии с курсом медицинской психологии

Список литературы

1. Розин АИ, Рощина ОВ, Пешковская АГ, Белокрылов ИИ. Коморбидные сочетания алкогольной зависимости и депрессивных расстройств. Сибирский вестник психиатрии и наркологии. 2018;(4):40–45.

2. Васильева СН, Симуткин ГГ, Счастный ЕД. Клинико-динамические характеристики биполярного аффективного расстройства при коморбидности с другими психическими расстройствами. Сибирский вестник психиатрии и наркологии. 2017;(2):16–20.

3. Гофман АГ, Яшкина ИВ, Понизовский ПА, Кожинова ТА. Алкоголизм и наркомания в России. Наркология. 2016;(2):6–12.

4. Понизовский ПА, Гофман АГ. Депрессия у больных с алкогольной зависимостью. Журнал неврологии и психиатрии имени C.C. Корсакова. 2015;(7):146–150.

5. Briere FN, Rohde P, Seeley JR, Klein D, Lewinsohn PM. Comorbidity between major depression and alcohol use disorder from adolescence to adulthood. Compr. Psychiatry. 2014;(3):526–533. DOI: 10.1016/j.comppsych.2013.10.007

6. Becker A, Ehret AM, Kirsch P. From the neurobiological basis of comorbid alcohol dependence and depression to psychological treatment strategies: study protocol of a randomized controlled trial. BMC Psychiatry. 2017;(17):153. DOI: 10.1186/s12888-017-1324-0

7. Balanza-Martinez V, Crespo-Facorro B, Gonzalez- Pinto A, Vieta E. Bipolar disorder comorbid with alcohol use disorder: focus on neurocognitive correlates. Front Physiol. 2015;(6):108. DOI: 10.3389/fphys.2015.00108

8. Jeanblanc J. Comorbidity Between Psychiatric Diseases and Alcohol Use Disorders: Impact of Adolescent Alcohol Consumption. Curr. Addict. Rep. 2015;(2):293–301. DOI: 10.1007/s40429-015-0076-5

9. Сиволап ЮП. Антидепрессанты в лечении алкоголизма. Журнал неврологии и психиатрии имени С.С. Корсакова. Спецвыпуски. 2012;(5):32–35.

10. Рощина ОВ, Розин АИ, Счастный ЕД, Бохан НА. Клиническое значение коморбидности аффективных расстройств и алкогольной зависимости. Бюллетень сибирской медицины. 2019;(4):110–118.

11. Сергина ВА, Логинов ИП. Коморбидность расстройств депрессивного спектра и алкогольной зависимости. Дальневосточный медицинский журнал. 2014;(3):100–106.

12. Галкин СА. Клинико-нейрофизиологические особенности коморбидности алкогольной зависимости и аффективных расстройств. Неврологический вестник. 2019;(3):57–59.

13. Ветрилэ ЛА, Невидимова ТИ, Давыдова ТВ, Захарова ИА, Савочкина ДН, Галкин СА, Бохан НА. Аутоантитела к нейромедиаторам дофамину, норадреналину, серотонину, глутамату и ГАМК при коморбидном течении депрессии и алкогольной зависимости. Патологическая физиология и экспериментальная терапия. 2019;(4):5–12.

14. Галкин СА, Симуткин ГГ, Васильева СН, Кисель НИ, Мандель АИ, Иванова СА. Особенности спектральных характеристик ЭЭГ при коморбидности алкогольной зависимости и аффективных расстройств. Психическое здоровье. 2019;(7):24–30.

15. Le Berre AP, Fama R, Sullivan EV. Executive Functions, Memory, and Social Cognitive Deficits and Recovery in Chronic Alcoholism: A Critical Review to Inform Future Research. Alcoholism, Clinical and Experimental Research. 2017;(8):1432–1443. DOI: 10.1111/acer.13431

16. Пешковская АГ, Галкин СА. Когнитивный контроль при алкогольной зависимости и его нейрокорреляты. Вопросы наркологии. 2018;(12):65–80.

Читайте так же:
Занятия для профилактики заикания у детей

17. Bernardin F, Maheut-Bosser A, Paille F. Cognitive impairments in alcohol-dependent subjects. Front. Psychiatry. 2014;(5):78. DOI: 10.3389/fpsyt.2014.00078

18. Галкин СА, Пешковская АГ, Симуткин ГГ, Васильева СН, Рощина ОВ, Иванова СА, Бохан НА. Нарушения функции пространственной рабочей памяти при депрессии легкой степени тяжести и их нейрофизиологические корреляты. Журнал неврологии и психиатрии имени С.С. Корсакова. 2019;(10):56–61.

19. Bilyukov RG, Nikolov MS, Pencheva VP. Cognitive Impairment and Affective Disorders in Patients with Obstructive Sleep Apnea Syndrome. Front Psychiatry. 2018;(9):357. DOI: 10.3389/fpsyt.2018.00357

20. Янушко МГ, Шаманина МВ, Киф Р, Шипилин МЮ. Когнитивные нарушения при аффективных расстройствах. Способы диагностики и возможности коррекции. Современная терапия психических расстройств. 2015;(4):8–13.

21. Hunt S, Kay-Lambkin F, Baker A, Michie P. Systematic review of neurocognition in people with co-occurring alcohol misuse and depression. Journal of Affective Disorders. 2015;(179):51–64. DOI: 10.1016/j.jad.2015.03.024

22. Lee R, Dore G, Juckes L, Regt T, Naismith S, Lagopoulos J, Tickell A, Hickie I, Hermens D. Cognitive dysfunction and functional disability in alcohol-dependent adults with or without a comorbid affective disorder. Cognitive Neuropsychiatry. 2015;(3):222–231. DOI: 10.1080/13546805.2015.1014031

23. Höijer I, Ilonen T, Löyttyniemi E, Salokangas R. Neuropsychological performance in patients with substance use disorder with and without mood disorders. Nordic Journal of Psychiatry. 2020;(1). DOI: 10.1080/08039488.2020.1734079

24. Gomez P, Ratcliff R, Perea M. A model of the go/nogo task. J. Exp. Psychol. Gen. 2007;(3):389–413. DOI: 10.1037/0096-3445.136.3.389

25. Brunetti R, Del Gatto C, Delogu F. eCorsi: implementation and testing of the Corsi block-tapping task for digital tablets. Front. Psychol. 2014;(5):939. DOI: 10.3389/fpsyg.2014.00939

26. Mead LA, Mayer AR, Bobholz JA, Woodley SJ, Cunningham JM, Hammeke TA, Rao SM. Neural basis of the Stroop interference task: response competition or selective attention? J. Int. Neuropsychol. Soc. 2002;(6):735–742. DOI: 10.1017/s1355617702860015

27. Roberts W, Miller MA, Weafer J, Fillmore MT. Heavy drinking and the role of inhibitory control of attention. Exp. Clin. Psychopharmacol. 2014;(2):133–140. DOI: 10.1037/a0035317

28. Palmwood EN, Krompinger JW, Simons RF. Electrophysiological indicators of inhibitory control deficits in depression. Biol. Psychol. 2017;(130):1–10. DOI: 10.1016/j.biopsycho.2017.10.001

29. Epp AM, Dobson KS, Dozois DJ, Frewen PA. A systematic meta-analysis of the Stroop task in depression. Clin. Psychol. Rev. 2012;(4):316–328. DOI: 10.1016/j.cpr.2012.02.005

30. Uekermann J, Daum I, Schlebusch P, Wiebel B, Trenckmann U. Depression and cognitive functioning in alcoholism. Addiction. 2003;(11):1521–1529. DOI: 10.1046/j.1360-0443.2003.00526.x

Для цитирования:

Галкин С.А., Пешковская А.Г., Кисель Н.И., Васильева С.Н., Иванова С.А., Бохан Н.А. Когнитивные изменения при коморбидности алкогольной зависимости и аффективных расстройствах. ПСИХИАТРИЯ. 2020;18(3):42-48. https://doi.org/10.30629/2618-6667-2020-18-3-42-48

For citation:

Galkin S.A., Peshkovskaya A.G., Kisel N.I., Vasilieva S.N., Ivanova S.A., Bokhan N.A. Cognitive Changes in Comorbidity Alcohol Dependence and Affective Disorders. Psikhiatriya. 2020;18(3):42-48. (In Russ.) https://doi.org/10.30629/2618-6667-2020-18-3-42-48

alt=»Creative Commons License» width=»» />
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.

Депрессия и деменция: две стороны одной медали?

Депрессия и когнитивные нарушения часто сосуществуют в клинической практике. С одной стороны, депрессия может быть первым симптомом развивающейся деменции при болезни Альцгеймера или хронической ишемии мозга. С другой стороны, когнитивная дисфункция является неотъемлемой частью первичной депрессии.
В обзоре представлена дифференциальная диагностика этих состояний. Рассмотрены причины когнитивной дисфункции (например, дефицит моноаминов или атрофия гиппокампа), описано различие клинических проявлений: для когнитивной дисфункции характерны снижение концентрации внимания, памяти, психомоторной скорости, нарушения исполнительных функций; при болезни Альцгеймера депрессия имеет менее тяжелое, атипичное течение, пациенты не способны подробно описать симптомы. Кроме этого, предложены специфические диагностические тесты для выявления когнитивной дисфункции при депрессии и депрессии при деменции (например, Корнельская шкала для выявления депрессии при деменции, шкала оценки депрессии при деменции).
Представлены подходы к терапии депрессии с учетом когнитивных нарушений и наличия депрессивного эпизода. Отдельное внимание уделено немедикаментозным методам лечения этих нарушений (когнитивно-поведенческая терапия, эрготерапия, креативная арт-терапия, цветотерапия, диета с высоким содержанием полиненасыщенных жирных кислот Омега-3, витаминов группы В и фолиевой кислоты, триптофана, медленных углеводов).

Ключевые слова: депрессия, когнитивные нарушения, деменция, антидепрессант.

Для цитирования: Азимова Ю.Э., Ищенко К.А., Рачин А.П., Гусева М.Е. Депрессия и деменция: две стороны одной медали? РМЖ. 2016;24:1616-1619.

Depression and dementia: two sides of the coin?
AzimovaY.E. 1 , IshchenkoK.A. 1 , RachinA.P. 2 , GusevaM.E. 3

1 Russian Scientific Center of Rehabilitation and Resort Medicine, Moscow
2 Pirogov Russian National Research Medical University, Moscow
3 University Headache Clinic, Moscow

Depression and cognitive disorders often coexist in clinical practice. On the one hand, depression can be the first symptom of developing dementia in Alzheimer’s disease or chronic cerebral ischemia. On the other hand, cognitive dysfunction is the obligatory part of depression.
The paper presents differential diagnosis of these conditions. Cognitive dysfunctions nature is discussed (e.g. monoamines deficiency or hippocampus atrophy) as well as main features of clinical symptoms: poor concentration, memory loss, decreased psychomotor speed, executive function disorders are specific for cognitive dysfunction while less severe depression, atypical course, inability of patients to describe symptoms in details are more typical for Alzheimer’s disease. Specific diagnostic tests are proposed to reveal cognitive dysfunction in patients with depression (Scale for depression assessment in dementia) and depression in patients with dementia (e.g., Cornell scale).
The paper also presents treatment approaches of depression depending on presence of cognitive dysfunctions and depressive episode. Special attention is paid to non-drug therapy (cognitive-behavioral, creative art and color therapies, ergotherapy, a diet rich in polyunsaturated omega-3 fatty acids, B vitamins and folic acid, tryptophan, slow-carb diet).

Читайте так же:
Больной деменцией не спит ночью

Key words: depression, cognitive dysfunctions, dementia, antidepressants

For citation: Azimova Y.E., Ishchenko K.A., Rachin A.P., Guseva M.E. Depression and dementia: two sides of the coin? // RMJ. Neurology. 2016. № 24. P. 1616–1619.

Статья посвящена сочетанию депрессии и деменции

В последние годы произошло существенное изменение в понимании феномена депрессии. Появляется все больше доказательств, что депрессия – это не категория с жестко определенными рамками, а континуум, охватывающий состояния от чувства печали как варианта нормы до патологической депрессии, развивающейся в тяжелое психическое расстройство [1]. Когнитивные нарушения – это синдром, являющийся спутником депрессии, при этом существуют две принципиально различные клинические ситуации взаимоотношений депрессии и когнитивных нарушений:
1) депрессия как один из первых симптомов нейродегенеративного заболевания (болезнь Альцгеймера) или хронической ишемии мозга (ХИМ);
2) когнитивная дисфункция в рамках депрессивного эпизода.
Дифференциальная диагностика депрессии как симптома нейродегенеративного заболевания и депрессивного эпизода, сопровождающегося когнитивной дисфункцией, представлена в таблице 1.

Таблица 1. Дифференциальная диагностика депрессии как симптома нейродегенеративного заболевания и депрессивного эпизода, сопровождающегося когнитивной дисфункцией

Когнитивная дисфункция в рамках депрессивного эпизода
Депрессия при болезни Альцгеймера

Для болезни Альцгеймера характерны когнитивные нарушения, которые дебютируют эпизодическими трудностями вербальной памяти и прогрессируют вплоть до развития нарушений исполнительных функций, понимания, беглости речи, гнозиса и праксиса. Депрессия, представленная большим и малым депрессивными расстройствами, является наиболее часто встречающимся сопутствующим психическим нарушением при болезни Альцгеймера, а также деменции в целом. Ее распространенность составляет 30–50% [6].
Депрессия при болезни Альцгеймера клинически отличается от таковой при первичных депрессивных расстройствах: она имеет менее тяжелое, атипичное течение и может не соответствовать критериям МКБ-10 или DSM-IV. Кроме этого, пациенты с болезнью Альцгеймера зачастую не способны описать симптомы депрессивного расстройства (например, чувства печали и безнадежности, суицидальные мысли), т. к. они не обладают относительной сохранностью высших мозговых функций, способностью помнить недавние события и мыслить абстрактно. Апатия – особенно трудный симптом, возникающий у страдающих болезнью Альцгеймера как с депрессией, так и без нее. Апатия характеризуется снижением мотивации, низким интересом к любой активности и социальной самоизоляцией. Для выявления апатического состояния, связанного с депрессивным расстройством, необходимо тщательное исследование симптомов расстройства настроения (печаль, плач, ощущения безысходности и беспомощности). У пациентов с деменцией и депрессией отмечается большее количество «мотивационных» симптомов и меньшее – симптомов «снижения настроения», чем при депрессии без деменции, чаще встречаются психотические симптомы, агрессия [7]. Поскольку депрессия при болезни Альцгеймера имеет свои клинические особенности и зачастую не отвечает критериям депрессивного эпизода, были разработаны рабочие критерии, включающие множество уникальных феноменологических находок (табл. 2) [8].

Таблица 2. Диагностические критерии для депрессии при болезни Альцгеймера

Выделяются две основные формы деменции с депрессией: с одновременным началом (если симптоматика предшествует или сопутствует развитию болезни Альцгеймера) и с началом после дебюта болезни Альцгеймера (симптоматика возникает на фоне имеющихся когнитивных нарушений). Для скрининговой диагностики депрессии необходимо использовать методы, специально разработанные для больных деменцией, – Корнельскую шкалу для выявления депрессии при деменции, которая основывается на информации, полученной от пациента, его близких, и на наблюдениях самого клинициста, а также шкалу оценки депрессии при деменции [9, 10].
Лечение депрессии при болезни Альцгеймера должно включать как препараты для лечения деменции (мемантин, ингибиторы ацетилхолинэстеразы), так и антидепрессанты. Возможно использование антидепрессантов различных групп – трициклических антидепрессантов (имипрамин), селективных ингибиторов обратного захвата серотонина (сертралин, флуоксетин, циталопрам, эсциталопрам) [11, 12]. Выбор препарата должен основываться на безопасности, хорошей переносимости и возможности фармакокинетического взаимодействия с другими лекарственными средствами, т. к. пожилые пациенты, как правило, принимают несколько препаратов для лечения сопутствующих заболеваний. Среди всех антидепрессантов лучше всего переносятся селективные ингибиторы обратного захвата серотонина. Среди препаратов этой группы флуоксетин, флувоксамин и, в меньшей степени, пароксетин могут угнетать метаболизм других лекарственных средств, тогда как у сертралина этот эффект минимален, а у циталопрама и эсциталопрама отсутствует вовсе. Кроме того, флувоксамин и пароксетин обладают в большей степени седативным действием, флуоксетин – активирующим, а сертралин и циталопрам – сбалансированным. В силу антихолинергического эффекта и кардиотоксичности трициклических антидепрессантов эти препараты не должны быть препаратами первой линии.
Учитывая более медленный метаболизм препаратов у пожилых пациентов, необходимо начинать прием антидепрессанта с минимальных доз и наращивать терапевтическую дозу медленно, постоянно следя за возможными побочными эффектами. Увеличивать дозу следует каждые 2 нед. до достижения желаемого эффекта, максимальной дозы или возникновения побочных эффектов. Если в течение 4-х нед. приема максимальной дозы эффекта не наблюдается, то рекомендуется сменить препарат. Если в течение 4-х нед. приема максимальной дозы отмечается частичный эффект, то пациента необходимо наблюдать на этой дозе еще 9–12 нед. Если необходима замена препарата, то его следует отменять постепенно. При ажитации у пациентов с деменцией назначают вальпроевую кислоту, начиная с дозы 250 мг/сут и наращивая по 125–250 мг до достижения клинического эффекта [12].
Определенные надежды связаны с появлением нового класса антидепрессантов, модулирующих серотониновую систему и обладающих прокогнитивным эффектом (вортиоксетин). Модуляция серотониновых рецепторов приводит к улучшению нейротрансмиссии, в т. ч. холинергической системы, с чем связано положительное влияние вортиоксетина на память. В контролируемом исследовании, включавшем пожилых пациентов с депрессией, вортиоксетин оказал положительный эффект не только на депрессию, но и на когнитивные функции [13].

Депрессия при цереброваскулярных заболеваниях

Заболевание характеризуется депрессивными эпизодами у пациентов с клиническими и/или радиологическими признаками сосудистого поражения субкортикального белого вещества обоих полушарий вследствие болезни малых сосудов, с хроническими цереброваскулярными факторами риска, такими как артериальная гипертензия, диабет, стеноз сонной артерии, фибрилляция предсердий и гиперлипидемия [14]. Распространенность сосудистой депрессии среди пациентов с цереброваскулярной патологией, в зависимости от критериев диагностики, колеблется от 38 до 60% [15].
Сосудистая депрессия также имеет свои клинические особенности. Как и для болезни Альцгеймера, для сосудистой депрессии нехарактерно выраженное чувство печали. Жалобы и симптомы соматизированы, часто встречается ипохондрия, возникают необъяснимые болевые и невротические синдромы, инсомния. Характерны симптомы мотивационного спектра — апатия, отсутствие удовольствия от жизни (ангедония), снижение мотивации и инициативы, безразличие, самоизоляция. Частыми симптомами сосудистой депрессии выступают акцентуация патологических особенностей личности и поведенческие нарушения. Важно отметить, что сосудистая депрессия может сопровождаться повышенным суицидальным риском в результате развития феномена самоотрицания, поэтому при возникновении у пациентов суицидальных мыслей или идей, попыток даже незначительного самоповреждения необходима консультация психиатра [16]. Сосудистая депрессия имеет тенденцию к длительному течению. Рабочие критерии сосудистой депрессии представлены в таблице 3 [17].

Читайте так же:
Что такое заикание по волковой

Таблица 3. Диагностические критерии сосудистой депрессии

Когнитивные симптомы, сопровождающие сосудистую депрессию, характерны для ХИМ и представлены недостаточностью нейродинамики, нарушением управляющих функций головного мозга, снижением памяти в результате трудностей самостоятельного активного воспроизведения. Клинически когнитивные нарушения проявляются замедленностью мышления, снижением памяти, повышенной утомляемостью при умственной работе, быстрой истощаемостью, флюктуацией когнитивного дефицита [18].
Лечение сосудистой депрессии включает препараты, применяемые для коррекции сосудистых факторов риска (контроль артериального давления, уровня липидов, глюкозы и реологических свойств крови) и антидепрессанты. Принцип выбора антидепрессанта схож с таковым при болезни Альцгеймера. Предпочтение отдается селективным ингибиторам обратного захвата серотонина.

Дополнительные методы терапии депрессии при деменции

Фармакотерапия депрессии у пациентов с когнитивными нарушениями всегда должна сочетаться с нелекарственными методами лечения. Прежде всего, необходима помощь пациенту в достижении оптимальной функциональной активности: подбор очков, средств передвижения и самообслуживания и т. д.
Проводимые реабилитационные программы должны быть комплексными и включать не только двигательную реабилитацию, но и когнитивный тренинг, когнитивно-поведенческую терапию, эрготерапию, направленные на улучшение повседневной активности. Высокой эффективностью обладает креативная арт-терапия, позволяющая улучшить когнитивные функции и уменьшить уровень депрессии [19]. Рекомендуется как самостоятельное рисование на произвольную или заданную тему, так и раскрашивание. Цветотерапия показала свою эффективность при деменции с депрессией в нескольких исследованиях [20, 21]. Методика цветотерапии М.Е. Гусевой [22] позволяет сочетать пассивную цветотерапию (рассматривание цветотерапевтических композиций) и активную цветотерапию (закрашивание определенных форм конкретными цветовыми сочетаниями, осмысление созданных композиций, трактовка цветовых образов).
Диета для пациентов с когнитивными нарушениями и депрессией должна включать продукты, содержащие полиненасыщенные жирные кислоты Омега-3 (морская рыба), витамины группы В и фолиевую кислоту (гречневая крупа, нут, чечевица, шпинат, спаржа, авокадо, говядина, тунец), триптофан (орехи, финики, шоколад, мясо индейки), медленные углеводы (хлеб и макаронные изделия из твердых сортов пшеницы, рис, фрукты, овощи).

alt=»Лицензия Creative Commons» width=»» />
Контент доступен под лицензией Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.

Диагностика и терапия коморбидных тревожных и депрессивных расстройств в клинической практике

Цель: обсуждение проблем диагностики и психофармакотерапии ассоциированных депрессивных расстройств и расстройств тревожного круга.

Материал и методы. Статья представляет собой анализ клинического случая с применением клинико-катамнестического метода.

Результаты. Обсуждается диагностика Генерализованного тревожного расстройства, вопросы его коморбидности с другими психическими расстройствами, включая тревожные и депрессивные нарушения. Анализируются принципы диагностики панического расстройства. Рассматриваются диагностические критерии ассоциированных тревоги и депрессии в МКБ-10, DSM-5 и МКБ-11. Приводятся современные подходы к выбору терапевтической тактики при коморбидных тревожных расстройствах и депрессии. Проводится анализ лечения пациентки с обоснованием выбора препаратов. Продемонстрированы возможности комбинированной терапии ассоциированных тревожных и депрессивных расстройств с применением вортиоксетина. Показано достижение качественной ремиссии психического расстройства без остаточной симптоматики и полным восстановлением социального функционирования пациентки с ассоциированными депрессивными и тревожными расстройствами.

Заключение. Клинический случай демонстрирует характерное хроническое флуктуирующее течение ГТР как в сочетании с разной глубины депрессией, так и с другими тревожными расстройствами (паническими атаками). Проведен анализ трудностей диагностики и возможностей терапии пациентки с двойным диагнозом: Генерализованное тревожное расстройство и Депрессивный эпизод.

Ключевые слова

Об авторах

Список литературы

1. Беккер Р.А., Быков Ю.В. Алимемазин: обзор применения. Психиатрия и психофармакотерапия им.П.Б.Ганнушкина. 2016; 18 (6): 10-20.

2. Залуцкая Н.М. Генерализованное тревожное расстройство: современные теоретические модели и подходы к диагностике и терапии. Часть 3. Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева. 2015; 1:83–89.

3. Калуев А.В., Натт Д.Дж. О роли ГАМК в патогенезе тревоги и депрессии. Эксперим. и клинич. фармакология. 2004; 67(4): 71-76.

4. Караваева Т.А., Васильева А.В., Полторак С.В и соавт. Критерии и алгоритм диагностики генерализованного тревожного расстройства. Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева. 2015; 3:124–130.

5. Краснов В.Н. Тревожные расстройства: их место в современной систематике и подходы к терапии. Социальная и клиническая психиатрия. 2008; 3: 33-38.

6. Мосолов С.Н. Тревожные и депрессивные расстройства: коморбидность и терапия. М.: Артинфо;2007: 63.

7. Петрова Н.Н. Оптимизация антидепрессивной терапии. Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева. 2013; 2: 83-97.

8. Aboukhatwa M, Dosanjh L, Luo Y. Antidepressants are a rational complementary therapy for the treatment of Alzheimer’s disease. Mol Neurodegener. 2010; 5(10): 17.

9. Andrade LH, Wang Y-P. How global epidemiological evidence can inform the revision of ICD-10 classification of depression and anxiety disorders. World Psychiatry. 2012; 11(Suppl. 1):4-8.

10. Angst J, Gamma A, Baldwin DS et al. The generalized anxiety spectrum: prevalence, onset, course and outcome. Eur Arch Psychiatry ClinNeurosci. 2009; 259(1): 37-45.

11. Angst J, Gamma A, Bienvenu J et al. Varying temporal criteria for generalized anxiety disorder: prevalence and clinical characteristics in a young age cohort. Psychol Med. 2006; 36(9): 1283-1292.

12. Anxiety Disorders / D.Nutt, J.Ballenger (Еds.). Oxford: Blackwell Publishing. 2003; 286p.

13. Baldwin DS, Hansen Т, Florea I. Vortioxetine (Lu AA21004) in the long-term open-label treatment of major depressive disorder. Curr Med Res Opin. 2012; 28(10):1717-1724.

Читайте так же:
Проблемы пациентов с деменцией

14. Batail JM, Palaric J, Guillery М et al. Personalized Medicine in Psychiatry. 2017. 7. https://doi.org/10.1016/j.pmip.2017.12.001clinical spec

15. Boulenger JP, Loft Н, Olsen СК. Efficacy and safety of vortioxetine (Lu AA21004), 15 and 20 mg/day: a randomized, double-blind, placebo-controlled, dNuttuloxetine-referenced study in the acute treatment of adult patients with major depressive disorder. Int Clin Psychopharmacol. 2014; 29:138-149.

16. Cameron ОG. Understanding Comorbid Depression and Anxiety. Psychiatric Times. 2007; 24(14):51-56.

17. Caspi А, Sugden К, Moffitt TE et al. Influence of Life Stress on Depression: Moderation by a Polymorphism in the 5-HTT Gene. Science. 2003; 301(5631):386-389. DOI: 10.1126/science.1083968.

18. Chen G, Lee R, Hojer AM, Buchbjerg JK, Serenko M, Zhao Z. Pharmacokinetic drug interactions involving vortioxetine (Lu AA21004), a multimodal antidepressant. Clin Drug Investig. 2013; 33(10):727-736.

19. Citrome L. Vortioxetine for major depressive disorder: a systematic review of the efficacy and safety profile for this newly approved antidepressant— what is the number needed to treat, number needed to harm and likelihood to be helped or harmed? Int J Clin Pract. 2014; 68(1):60–82.

20. Conradi HJ, Ormel J, de Jonge P. Presence of individual (residual) symptoms during depressive episodes and periods of remission: a 3-year prospective study. Psychol.Med. 2011; 41:1165–1174.

21. Demyttenaere К, Donneau A-F, Albert A et al. What is important in being cured from depression? Discordance between physicians and patients. Journal of Affective Disorders. 2015; 174:390–396.

22. Depression and Other Common Mental Disorders: Global Health Estimates. Geneva: World Health Organization, 2017; Licence: CC BY-NC-SA 3 IGO.

23. Ebert DD, Zarski AC, Christensen H, Stikkelbroek Y, Cuijpers P, Berking M, Riper H. Internet and computer-based cognitive behavioral therapy for anxiety and depression in youth: a meta-analysis of randomized controlled outcome trials. PLoS ONE. 2015; 10 (3):129-132. DOI: 10.1146/annurev.psych.49.1.377

24. Fawcett J, Cameron RP, Schatzberg AF. Textbook of anxiety disorders, 2nd ed. Am J Psychiatry. 2010; 167(5):606-607. DOI: 10.1176/appi.ajp.2009.09121838

25. Hranov LG. Comorbid anxiety and depression: illumination of a controversy. Psychiatry Clin Pract. 2007; 11(3):89-171.

26. Judd LL, Kessler RC, Paulus MP et al. Comorbidity as a fundamental feature of generalized anxiety disorders: results from the National Comorbidity Study. Acta Psych. Scand. 1998; 98, Sup. 393:6-11.

27. Lamers F, van Oppen P, Comijs HC, Smit JH, Spinhoven P, van Balkom AJ, Nolen WA, Zitman FG, Beekman AT, Penninx BW.Comorbidity patterns of anxiety and depressive disorders in a large cohort study: the Netherlands Study of Depression and Anxiety (NESDA). J Clin Psychiatry. 2011; 72(3):341-348. doi: 10.4088/JCP.10m06176blu. Epub 2011 Jan 25.

28. Lesch KP, Bengel, D, Heils A et al. Association of anxiety-related traits with a polymorphism in the serotonin transporter gene regulatory region. Science. 1996; 274: 1527–1531.

29. Mineka S, Watson D, Clark LA. Comorbidity of anxiety and unipolar mood disorders. Ann Rev Psychol. 1998; 49(1):377-412.

30. Moscati A, Flint J, Kendler KS. Classificaion of anxiety disorders comorbid with major depression: common or distinct influences on risk? Depress Anxiety. 2016; 33(2):120-127.

31. Paykel E, Andrade LH, Njenga F, Phillips MR.Changes needed in the classification of depressive disorders: options for ICD-11. World Psychiatry. 2012; 11(Supplement 1):37–42.

32. Rouillon F, Chignon JM. Psychiatric comorbidity of anxiety disorders in the year 2000: Controversies and perspectives / Costa-e-Silva J.A. (ed.). Proceeding of the meeting held in Paris 9, June. 1992:2634.

33. Salcedo B. The Comorbidity Of Anxiety And Depression. National Alliance on Mental Illness. 2018; 19:325-333.

34. Stein DJ. Anxiety symptoms in depression: clinical and conceptual considerations. Medicographia. 2013; 35(3):299–303.

35. van den Akker M, Buntinx F, Knottnerus JA. Comorbidity or multimorbidity. Eur J Gen Pract. 1996; 2:65-70. doi:10.3109/13814789609162146

36. van der Voort TY., Seldenrijk A., van Meijel B. et al. Functional versus syndromal recovery in patients with major depressive disorder and bipolar disorder//J Clin Psychiatry. 2015; 76(6):809-814. doi: 10.4088/JCP.14m09548.

37. Wittchen HU. Generalized anxiety disorder— a risk factor for depression? Int. J. Met. Psych. Res. 2006; 10(1):52-57.

38. Wittchen H-U, Lieb R, Schuster P et al. When is onset? Investigations into early developmental stages of anxiety and depressive disorders. Rapoport J.L. (ed.) Childhood Onset of “Adult” Psychopathology: Clinical and Research Advances.— Washington, DC: American Psychiatric Press. 1999: 259-302.

39. Zhou Y, Zh Cao, Yang M et al. Comorbid generalized anxiety disorder and its association with quality of life in patients with major depressive disorder. Scientific Reports. 2017; 18:40511. doi: 10.1038/srep40511.

40. Zimmerman M, McGlinchey J B, Posternak MA et al., How Should Remission From Depression Be Defined? The Depressed Patient’s Perspective. Am J Psychiatry. 2006; 163:148–150.

41. Zimmerman М, Martinez JA, Attiullah N et al. Why do some depressed outpatients who are in remission according to the Hamilton Depression Rating Scale not consider themselves to be in remission? J Clin psych. 2012; 73(6):790-795. DOI: 10.4088/JCP.11m07203

Для цитирования:

Петрова Н.Н., Савицкая К.С. Диагностика и терапия коморбидных тревожных и депрессивных расстройств в клинической практике. Обозрение психиатрии и медицинской психологии имени В.М.Бехтерева. 2021;(1):102-112. https://doi.org/10.31363/2313-7053-2021-1-102-112

For citation:

Petrova N.N., Savickaya K.S. The diagnosis and therapy of comorbid anxiety and depression disorders in clinical practice. V.M. BEKHTEREV REVIEW OF PSYCHIATRY AND MEDICAL PSYCHOLOGY. 2021;(1):102-112. (In Russ.) https://doi.org/10.31363/2313-7053-2021-1-102-112

alt=»Creative Commons License» width=»» />
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector