Klondajk-med.ru

Клондайк МЕД
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Отобрать ребенка у родителей можно по причине психического расстройства

Отобрать ребенка у родителей можно по причине психического расстройства?

Обосновывая такие решения, комиссии исполкомов ссылаются на Постановление Министерства здравоохранения №36 от 30.03.2010 года, где указан перечень заболеваний, при которых родители не могут выполнять родительские обязанности. Среди них – шизофрения и бредовые расстройства, органические психические расстройства, аффективные расстройства настроения, умственная отсталость. Однако психиатры утверждают, что сам по себе диагноз не может быть однозначным основанием для изъятия детей, вопрос нужно решать в каждом случае индивидуально. Как избежать формализма в этом вопросе? Как организовать работу с такой семьей, чтобы минимизировать риск отобрания детей? Тему обсудили эксперты.

02_hvostovaКак рассказала заместитель директора по медицинской части РНПЦ психического здоровья, кандидат медицинских наук Ирина ХВОСТОВА, психические расстройства у каждого человека протекают по-разному, у кого-то с интенсивной клиникой и значительными нарушениями, у кого-то — нет. Все очень индивидуально.

— Утверждать, что родители с такими заболеваниями более опасны для детей, чем здоровые, — это дискриминация. Я видела постановления судов, в результате которых дети были отобраны у родителя на основании признания психического расстройства. И в наш центр периодически обращаются женщины с просьбой пересмотреть диагноз, потому что у них отняли детей. Но как мы можем это сделать? Медицинские критерии диагноза есть. Другое дело, что мы как лечащие врачи четко понимаем, что эти женщины так же, как другие родители, могли бы воспитывать детей. Поэтому решения судов, в которых главным основанием для отобрания является диагноз, кажутся несправедливыми. Скорее всего суд идет по простому пути: получает по запросу решение врачебно-консультационной комиссии психоневрологического диспансера. Но ВКК лишь решает, входит данное заболевание в вышеназванный перечень или нет. И все. Суду правильнее было бы обращаться к специалистам из службы медицинских экспертиз, которые проводят психолого-психиатрические экспертизы и решают вопрос, насколько человек может выполнять свои родительские обязанности. Ведь способность их выполнять не обусловлена исключительно психическим расстройством, она обусловлена в целом личностью человека.

Помню, как мы хотели помочь возвратить ребенка одной пациентке: проконсультировали ее у профессора кафедры, он подключился ко всеобщему сопереживанию судьбе этой женщины и написал персональное мнение, что она может выполнять материнские обязанности. Но суд не принял его во внимание. Решая такие вопросы, нужно учитывать интересы и родителя, и ребенка. Законодатели и общество должны помогать людям в реализации родительских прав, а не ограничивать их. Иначе проблема будет загоняться вглубь. Представьте: молодая женщина переносит психическое расстройство, у нее отбирают ребенка. И что мы видим дальше? В результате такой травмы возникает новое психическое расстройство, как правило, депрессивный эпизод. А как ей после этого социализироваться, восстанавливаться? Разрыв диады «мать и дитя» — это не решение проблемы, а создание новых проблем для обоих, да и для общества в целом. Есть и еще один аспект: мамы, зная, чем может закончиться визит к психиатру, к нам просто не обратятся. Между тем возможности современных препаратов позволяют говорить о хорошем прогнозе при многих психических заболеваниях, даже шизофрению сегодня мы расцениваем как заболевание с благоприятным исходом (при условии адекватного лечения). Но когда люди безумно боятся ограничений, они не обратятся за медицинской помощью и обречены на печальные последствия. Также важно помнить, что психические расстройства чрезвычайно распространены и для каждого из нас есть вероятность оказаться на месте этих людей.

02_martynovaС тем, что по одному лишь диагнозу родителя ребенка нельзя изымать из семьи, согласна и Татьяна МАРТЫНОВА, замглавного врача Минского областного клинического центра «Психиатрия-наркология».

Мнение прокуратуры

02_podvoyskyПо мнению заместителя начальника отдела по надзору за исполнением законодательства о несовершеннолетних и молодежи Генеральной прокуратуры Алексея ПОДВОЙСКОГО, для решения этой проблемы необходимы изменения и уточнения законодательства.

— К нам также поступают похожие обращения. Причем есть такие сложные случаи, когда из-за психического заболевания родитель признается недееспособным, у него изымается ребенок и отдается на усыновление другим людям, но впоследствии родитель проходит лечение, по оценкам врачей, уже может вести свободный образ жизни, исполнять родительские обязанности, вернуть себе дееспособность, но его ребенок уже усыновлен! Ситуация сегодня мне представляется проблематичной в плане защиты прав таких людей, прав детей. С одной стороны, мы понимаем, что само по себе психическое заболевание не является основанием, чтобы полностью ограничивать родительские права человека. Но, с другой стороны, мы сегодня не имеем правовой базы, чтобы градировать состояние таких граждан, уровень их дееспособности: один человек при таком течении заболевания вполне может осуществлять свои родительские функции, другой — не в полной мере, а третий — совсем не в состоянии. Мы не вправе требовать от органов опеки, принимающих решение о судьбе ребенка, определять состояние здоровья родителя и прогнозировать, к чему оно может привести. Поэтому прокуратура как надзорный орган видит выход в научно обоснованной и законодательно закрепленной системе защиты прав родителей, обеспечивающей наиболее полный учет степени их недееспособности (или способности понимать значение своих действий или руководить ими) при выполнении родительских функций. В идеале в решении органа опеки и попечительства или суда должно быть определено, в какой мере человек ограничен в родительских правах и что необходимо для компенсации этого ограничения. В данном вопросе должен быть реализован принцип вмешательства в права и свободы таких родителей в минимальной степени, необходимой для их защиты, а также защиты прав и законных интересов несовершеннолетних. Мы со своей стороны видим проблему, обсуждаем ее с Министерством образования и будем влиять на правоприменительную практику на местах.

Читайте так же:
Чем отличается бар от шизофрении

Международный подход

02_fomenok— Чтобы не было формализма в таких деликатных вопросах, нужно развивать семейно ориентированный подход, который рассматривает интересы всей семьи, — считает Галина ФОМЕНОК, специалист по программам защиты детства Представительства Международного детского фонда в Беларуси. — Лучшее удовлетворение интересов ребенка – в семье. Его отобрание у родных – это огромная травма на всю жизнь и для него, и для родителя. Если у родителя уже есть проблема, в данном случае болезнь, то есть лишение его права воспитывать своих детей, еще больше усугубляет ситуацию. Диагноз не должен быть приговором семье. Мировая практика решения проблем таких семей свидетельствует, что, с одной стороны, должно быть четкое межведомственное взаимодействие, в том числе между медиками и органами опеки, с другой – широкая сфера услуг, направленных на поддержку таких семей. Например, к семье могут прикрепить медработника и соцработника, которые будут ее патронировать.

02_spirkinaПример межведомственного взаимодействия привела «АиФ» Тамара СПИРКИНА, председатель ОО помощи душевнобольным «Миноди» им В. Бычкова:

— Мы недавно были в Берлине и знакомились с местным опытом по оказанию системы комплексной помощи людям с психическими заболеваниями. Проблема конкретного человека обсуждается на заседании местного муниципалитета, где присутствуют медработники, соцслужбы, учреждения и ОО, оказывающие различные услуги этим людям. Представитель пациента описывает собравшимся образ его жизни и проблему. Это очень предметное изучение жизни человека, он рассматривается со всеми его потребностями. И поэтому решения принимаются взвешенно и в его пользу. Мы от этого еще очень далеки, и причина, на мой взгляд, — в стереотипах, в устаревших подходах к таким людям. Поэтому в первую очередь нужно изменение взглядов на душевнобольных в нашем обществе. Тогда и законодательство будет более прогрессивным и адекватным.

02_rybchinskayaТо, что люди с заболеванием предпочитают скрывать болезнь, опасаясь последствий и зная о стереотипах в отношении себя, — действительно проблема, согласна Ольга РЫБЧИНСКАЯ, директор клубного дома для людей с психическими заболеваниями «Открытая душа». — Я побеседовала с некоторыми молодыми мамами, которые сохранили детей в семье. Одной из них сам врач напрямую посоветовала нигде не афишировать заболевание, чтобы не произошло отобрания ребенка, другая, зная о такой практике, просто предпочла частный медцентр государственному, и пр. Получается, эти люди, их семьи оставлены один на один с проблемой, потому что пока нет альтернативы таким жестким «профилактическим» мерам, как ограничение в родительских правах.

Позиция Министерства образования

02_rudenkova— Отделы образования, исполняя функции по опеке над детьми, руководствуются в своей деятельности не предположениями, не рассуждениями, а законодательством, — пояснила Галина РУДЕНКОВА, начальник отдела социально-педагогической работы и охраны детства Министерства образования. — На данный момент согласно Кодексу о браке и семье, в случае если в семье один родитель, врач обязан сообщить в органы опеки о том, что у того есть заболевание, препятствующее выполнению родительских обязанностей. Детей, чьи родители имеют такие заболевания, КоБС относит к категории детей, оставшихся без попечения родителей, и возлагает защиту их прав на органы опеки и попечительства. Они в силу сегодняшнего законодательства обязаны инициировать решение исполкома о признании этого ребенка оставшимся без попечения родителей, дать ему все права детей-сирот и назначить опекуна (попечителя). При этом закон позволяет лицу, осуществляющему опеку над родителем, быть опекуном и над ребенком. Помещение в детский дом происходит только в том случае, если не найдется опекун, приемная семья или детский дом семейного типа. Никаких препятствий в общении ребенка с биологическим родителями при этом никто чинить не должен. Если сегодня законодатель даст градированные подходы к определению возможностей исполнять родительские обязанности, тогда органы опеки будут работать по-новому. Я разделяю позицию, что в отношении таких семей должна быть развернута широкая сфера поддерживающих и сопровождающих услуг, а также налажено межведомственное взаимодействие. Ведь отделы образования отвечают только за опеку над детьми, а осуществление функций по опеке и попечительству в отношении совершеннолетних лиц, которые признаны недееспособными или ограниченно дееспособными, возлагается на управление здравоохранения областного исполкома, Комитет по здравоохранению Минского городского исполкома. Поэтому впору ставить вопрос о том, как нам взаимодействовать, чтобы сохранять семьи с больным родителем.

Читайте так же:
Шизофрения снимается ли этот диагноз

ЦИФРА

За последние десять лет первичная заболеваемость психическими расстройствами в Беларуси увеличилась на 50%. Сегодня в каждой четвертой белорусской семье есть страдающий психическим расстройством.

На 1 октября 2013 года в Беларуси на всех видах учета состояли 291 000 человек с психическими заболеваниями. В 2012 году 337 699 человек получили психиатрическую помощь, стационарная помощь была оказано более 73 тыс. человек (По данным РНПЦ психического здоровья).

ВАЖНО ЗНАТЬ

Как пояснила Галина Руденкова, у граждан есть право оспорить любое решение в суде, в том числе — о назначении ребенку опекуна, об изъятии ребенка из семьи, о признании его оставшимся без попечения родителей. Если суд признает действия госоргана необоснованным и ущемляющим права граждан, это решение будет отменено. В Постановление Совета министров №1728 от 26.12.2006 г. прописан порядок установления и утраты сиротского статуса. Там сказано: если родитель представит справку, что у него уже нет заболевания, препятствующего исполнению родительских обязанностей, тогда ребенок возвращается в семью.

Ученые выяснили, как иммунитет матери провоцирует шизофрению у ребенка

Чрезмерная активность иммунитета беременной может повредить мозг плода и привести к развитию шизофрении у будущего ребенка, сообщают специалисты Нью-Йоркского медицинского колледжа. Исследование было опубликовано в журнале Nature Neuroscience.

Более ранние исследования уже показывали, что инфекции и другие факторы, усиливающие иммунный ответ беременной (аутоиммунные заболевания, стресс, загрязненная окружающая среда), повышают риск развития у ребенка нервных и психических расстройств.

«Пренатальная иммунная активация играет ключевую роль в нарушении нормального развития нервной системы, даже в отсутствие прямых патогенов, и приводит к долгосрочным последствиям в более позднем возрасте, — пишут авторы работы. — Однако механизмы, с помощью которых активация иммунной системы во время беременности может привести к болезням, недостаточно изучены».

У людей с шизофренией часто нарушена работа кортикальных интернейронов — клеток коры головного мозга, которые связаны только с другими нейронами. Также исследователи обратили внимание на работу микроглии, клетки которой образуются еще на ранних этапах эмбриогенеза. Микроглия необходима, чтобы избавляться от поврежденных клеток или инфекционных агентов, попавших в мозг, однако слишком активная ее работа приводит к гибели нейронов и повышает риск развития болезни Альцгеймера, болезни Паркинсона, рассеянного склероза и других нейродегенеративных заболеваний.

Прошлые исследования показали, что у лиц с шизофренией наблюдаются схожие аномалии в функционировании кортикальных интернейронов.

Исследователи создали кортикальные интернейроны из клеток, полученных от людей с шизофренией и без нее. Они перепрограммировали фибробласты (клетки соединительной ткани) в индуцированные плюрипотентные стволовые клетки, из которых потом вырастили необходимый материал. Затем исследователи культивировали эти клетки с активированной микроглией или без, чтобы изучить эффекты, которые при этом возникают в кортикальных интернейронах.

Оказалось, слишком активная микроглия приводит к выбросу цитокинов (молекул, регулирующих межклеточные взаимодействия), что провоцирует нарушения обмена веществ, которые негативно сказываются на развитии кортикальных интернейронов.

В первую очередь, это говорит о том, что активация микроглии может привести к метаболическим нарушениям в развитии кортикальных интернейронов, сообщают исследователи. Причиной ее активации может стать реакция иммунитета матери.

«Мы обнаружили, что метаболизм кортикальных интернейронов нарушается при воспалительном состоянии во время развития, — отмечают они. — Наши результаты подчеркивают наличие взаимодействия между генетическим фоном шизофрении и факторами риска окружающей среды».

Кроме того, исследователи обнаружили, что в кортикальных интернейронах, полученных из клеток здоровых добровольцев, опасные процессы сходят на нет после удаления гиперактивной микроглии. Однако если у добровольца была шизофрения, патологии сохранялись.

«Пренатальная иммунная активация может влиять на развитие мозга через несколько механизмов, из которых мы смоделировали один: воздействие воспалительных цитокинов на развитие кортикальных интернейронов, — пишут исследователи. — На следующем этапе этого исследования будет критически важно проанализировать, какие конкретные цитокины участвуют в наблюдаемых эффектах».

Читайте так же:
Боль в животе при шизофрении

«Теперь мы планируем провести дальнейшие исследования по детальному изучению того, с помощью каких механизмов и путей воспалительные процессы влияют на кортикальные интернейроны» — делятся ученые.

Полученные результаты могут послужить основой для будущих исследований нейронных механизмов, которые связывают пренатальную иммунную активацию с риском развития шизофрении или других нервно-психических расстройств, считают авторы работы.

Судебно-психиатрическая экспертиза родителей, страдающих психическим расстройством 1883

Русаковская О.А.
кандидат медицинских наук, ФГБУ «Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П.Сербского» Минздрава России, старший научный сотрудник, ФГБУ «Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П.Сербского» Минздрава России и ФГБОУ ВО «Московский государственный психолого-педагогический университет» , Москва, Россия
e-mail: oarus74@gmail.com

Одним из основных принципов семейного права в Российской Федерации является приоритет семейного воспитания (ст. 54, 63, 68, 123 СК РФ). Современная государственная политика направлена на реализацию этого принципа: принимаются меры по стимулированию репродуктивной функции семьи; в судебной практике просматривается тенденция к значительному уменьшению количества удовлетворенных исков о лишении родительских прав; передача ребенка в семью рассматривается как оптимальная форма устройства несовершеннолетнего, оставшегося без попечения родителей. Родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (ст. 63 СК РФ). При этом в действующем законодательстве предусмотрены определенные формы защиты интересов ребенка. При регламентации родительских прав ст.65 СК РФ определяет, что при их осуществлении родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию. Способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление и эксплуатацию детей. Деяния, связанные с жестоким обращением с детьми являются уголовно наказуемыми. Семейный кодекс предусматривает возможность немедленного отобрания ребенка у родителей (одного из них) или у других лиц, на попечении которых он находится, при непосредственной угрозе жизни и здоровью ребенка (ст.77 СК РФ). Если пребывание ребенка с родителем причиняет вред его здоровью или представляет опасность для него, встает вопрос о лишении или ограничении родительских прав (ст.69, 73 СК). Для лишения родительских прав достаточно установления фактов асоциального поведения, злоупотребления алкоголем, отсутствия должного ухода за ребенком, жестокого обращения с ним (ст.69 СК РФ). Ограничиваются родительские права в тех случаях, когда оставление ребенка с родителями (одним из них) опасно для ребенка по обстоятельствам, от родителей не зависящим (в том числе, вследствие имеющегося у родителя психического расстройства) (ст.73 СК РФ). Своевременное ограничение в родительских правах родителей, представляющих по своему психическому состоянию опасность для ребенка, с одной стороны, является одним из основных факторов профилактики общественно опасных деяний, совершенных в отношении детей родителями, страдающими психическим расстройством, а с другой — предупреждает вредное влияние психически больного родителя на ребенка.

Как поясняет А.М. Нечаева (1989), различие между ограничением и лишением родительских прав лежит в плоскости субъективных критериев поведения родителя и наличия или отсутствия его вины в причинении вреда ребенку. Таким образом, лица, не выполняющие своих родительских обязанностей вследствие психических расстройств (за исключением больных хроническим алкоголизмом или наркоманией), не могут быть лишены родительских прав. Если основания, в силу которых родители были ограничены в родительских правах, отпали, суд по иску родителей (одного из них) может вынести решение о возвращении ребенка родителям и об отмене ограничения родительских прав (ст.76 СК РФ).

Во всех случаях, когда встает вопрос об ограничении родительских прав или об отмене такого ограничения в отношении лица, страдающего психическим расстройством, возникает необходимость в проведении судебно-психиатрической или комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы (СПЭ, КСППЭ). Предметом подобных экспертиз является установление наличия или отсутствия неблагоприятных для психического развития ребенка и опасных для его жизни последствий осуществления родительских прав родителем, страдающим психическим расстройством (Харитонова Н.К., Королева Е.В., 2009). При комплексной психолого-психиатрической экспертизе в задачу эксперта-психолога входит оценка воспитательной позиции родителя и его функциональной способности к адекватному обеспечению индивидуальных потребностей развития ребенка.

Анализ экспертиз, проведенных в ФГБУ «ГНЦССП им. В.П.Сербского» по гражданским спорам об ограничении родительских прав, отмене ограничения родительских прав; по спорам об определении места жительства детей, у которых один из родителей страдает психическим расстройством; по спорам об определении порядка общения ребенка с родителем, страдающим психическим расстройством; по уголовным делам в отношении лиц, совершивших общественно опасные деяния в отношении детей, показывает, что родитель, страдающий психическим расстройством, помимо непосредственной опасности, может оказывать негативное влияние на психическое развитие ребенка и быть неспособным к полноценному осуществлению воспитательной деятельности.

Непосредственная опасность для ребенка, как правило, бывает обусловлена острой или хронической психотической симптоматикой (аффективно-бредовой, параноидный, галлюцинаторно-параноидный синдромы, депрессивный синдром), определяющей актуальное психическое состояние и поведение родителя. Решающая роль психопатологической мотивации в совершении больными шизофренией женщинами агрессивных действий в отношении детей подчеркивалась М.А. Качаевой (1999), Т.Б. Дмитриевой и соавт. (2003), А.Э Ванштейном (2002). В подобных случаях высокий риск совершения противоправных действий в отношении детей определяет необходимость ограничения родительских прав родителя, страдающего психическим расстройство. Особенно часто случаи недопустимого обращения с ребенком встречаются при параноидной форме шизофрении с бредовыми идеями, распространяющимися на детей, психопатологическими бредовыми переживаниями религиозного содержания, при органических бредовых расстройствах, личностных расстройствах, сочетающихся с зависимостью от психоактивных веществ (Харитонова Н.К., Королева Е.В., 2009).

Читайте так же:
Как шизофрения влияет на общение

Опасность воспитания родителем, страдающим психическим расстройством, может определяться не только высоким риском его агрессивного или неадекватного поведения, но и риском оставления ребенка в беспомощном состоянии, что часто встречается при шизофрении со значительным эмоционально-волевым дефектом, умственной отсталости тяжелой и умеренной степени, органических психических расстройствах с выраженным интеллектуально-мнестическим снижением и нарушениями эмоционально-волевой сферы.

Неспособность психически больных к полноценному осуществлению родительских обязанностей может выражаться в невозможности осуществлять необходимый контроль за обучением, поведением, социальными связями, личностным развитием ребенка, что особенно часто отмечается в случаях формирования у родителя апатоабулического дефекта различной степени выраженности. При наличии у несовершеннолетнего хронического заболевания или нарушения психического развития, определяющего особые потребности в уходе, медицинском наблюдении и лечении ребенка, неспособность к полноценному осуществлению родительских обязанностей может выражаться в невозможности правильно оценить имеющуюся ситуацию, оказать ребенку жизненно необходимую помощь. Недостаточность критических и прогностических способностей могут препятствовать распознаванию индивидуально- психологических потребностей ребенка, в том числе, направленных на обучение, развитие и социальное взаимодействие вне семьи, и оказать негативное влияние на психическое развитие ребенка при отсутствии хорошего поддерживающего окружения или пролонгированного социально-психолого-педагогического сопровождения.

В случаях, когда решается вопрос о возможном негативном влиянии родителя, страдающего психическим расстройством, на психическое состояние и развитие ребенка целесообразно проведение комплексного психолого-психиатрического не только родителя, но и ребенка. При исследовании ребенка решаются вопросы о наличии или отсутствии у него психического расстройства или нарушения психического развития; оценивается его актуальное психическое состояние, индивидуально-психологические особенности, особенности психологического отношения к родителю, имеющиеся психолого-педагогические потребности. Наблюдение за характером отношений между ребенком и родителем позволяет оценить глубину эмоционального контакта между ними, продуктивность взаимодействия при совместном решении диагностических задач, а также такие особенности воспитательной позиции родителя, как адекватность, гибкость, прогностичность. В случае невозможности проведения освидетельствования ребенка, при вынесении экспертного заключения в отношении родителя должны быть учтены данные о психическом состоянии, особенностях психического развития и уровне психологической адаптации ребенка.

Выделены следующие клинико-психопатологические и социально-психологические критерии, благоприятные для прогностического заключения о способности родителя, страдающего психическим расстройством к выполнению родительских обязанностей: отсутствие острой продуктивной психотической симптоматики, выраженного интеллектуально-мнестического снижения, глубокого эмоционально-волевого дефекта; сохранность упорядоченного поведения, основных установок личности (трудовых, социальных, родительских), социальной активности и достаточного уровня социальной адаптации; сохранение материнских (отцовских) чувств, эмоциональной привязанности к ребенку со стремлением к удовлетворению его эмоциональных потребностей; высокий уровень эмоциональной, когнитивной и поведенческой включенности родителя в процесс воспитания ребенка, свидетельством которой являются хорошая осведомленность родителя темпах и особенностях его психического развития, занятиях и увлечениях, значимых социальных связях; адекватная оценка родителем индивидуально-психологических особенностей ребенка, выявляемая при клинико-психологической беседе с родителем и психолого-психиатрическом обследовании ребенка.

Таким образом, опасность оставления ребенка с родителем, страдающим психическим расстройством, определяется различными обстоятельствами, которым должна быть дана оценка при экспертном исследовании в гражданских спорах об ограничении (отмене ограничения) родительских прав. В случаях, когда при выявлении у родителя психического расстройства он по своему психическому состоянию непосредственной опасности для ребенка не представляет, должны быть проанализированы характер течения психического расстройства, выраженность дефекта, степень сохранности критических и прогностических способностей родителя. Для решения экспертных задач целесообразно проведение комплексной психолого- психиатрической оценки характера отношения родителя к ребенку, адекватности его воспитательной позиции и стиля воспитания, способности к учету особенностей психического развития, индивидуально-психологических особенностей и потребностей ребенка, в том числе обусловленных наличием у ребенка хронических заболеваний.

Согласно Постановлениям Правительства РФ от 01 мая 1996г. №542, от 19 марта 2001г. №195, к психическим заболеваниям, при наличии которых лицо не может усыновить ребенка, принять его под опеку (попечительство), взять в приемную семью, осуществлять воспитательную деятельность в детских домах семейного типа, относятся лишь те, при которых больные признаны в установленном порядке недееспособными или ограниченно дееспособными. В соответствии с Положением, утвержденном приказом Минздрава РФ от 10 сентября 1996г. № 332, при медицинском освидетельствовании граждан, желающих стать усыновителями, опекунами (попечителями) или приемными родителями подлежат выявлению психические заболевания, при которых больные признаны в установленном порядке недееспособными или ограниченно дееспособными. Таким образом, при медицинском освидетельствовании не подлежат выявлению и клинической оценке психические расстройства, вследствие которых лицо не было лишено дееспособности. В то же время при многих психических заболеваниях больные, не лишенные дееспособности, могут представлять опасность для ребенка. В связи с этим 121 представляется целесообразным дополнить перечень заболеваний, при наличии которых лицо не может усыновить ребенка, принять его под опеку (попечительство), взять в приемную семью, осуществлять воспитательную деятельность в детских домах семейного типа, психическими расстройствами, которые обуславливают опасность для ребенка при его воспитании лицом, страдающим данным расстройством. Внесение подобного изменения в Перечень заболеваний подразумевает необходимость проведения психиатрического обследования при освидетельствовании кандидатов в усыновители, опекуны (попечители) или приемные родители специалистами территориальных психоневрологических диспансеров. При выявлении у лица, желающего стать усыновителем, опекуном, приемным родителем, симптомов психического расстройства (продуктивной психотической симптоматики, когнитивных, эмоционально-волевых, личностных нарушений, расстройств влечения, в том числе, педофилии) целесообразно, в целях профилактики общественно опасных деяний в отношении несовершеннолетних, причинения вреда психическому здоровью и развитию ребенка вследствие его воспитания данным лицом, проведение освидетельствования кандидата комиссией врачей-психиатров. В случае отрицательного заключения и несогласия с ним лица, желающего стать усыновителем, опекуном, приемным родителем, данный вопрос может быть решен в судебном порядке с назначением комплексной психолого-психиатрической экспертизы.

Читайте так же:
Маска чарли чаплина при шизофрении

Повышенный риск психических заболеваний у «поздних» детей оказался не связан с мутациями

Генетики опровергли связь между риском развития психических заболеваний у «поздних» детей и накоплением мутаций у их отцов. Результаты исследования публикует журнал Nature Genetics.

Дети, рожденные отцами в позднем возрасте, демонстрируют больший риск развития психических заболеваний, включая шизофрению и болезни аутистического спектра. Принято считать, что виной тому – естественный процесс возникновения новых мутаций и ошибок репликации, которые накапливаются с каждым делением сперматозоидов. С другой стороны, этой корреляции могут найтись и другие объяснения. Например, склонность к психологическим заболеваниям у самого отца может затруднять его социализацию и приводить к более позднему появлению детей, которые унаследуют эти склонности. В пользу таких альтернативных версий говорят и результаты, полученные Джейкобом Граттеном (Jacob Gratten) и его коллегами из Квинслендского университета в Австралии.

Ученые провели математическое моделирование для пяти возможных механизмов, объясняющих повышение риска развития психических заболеваний у детей, рожденных отцами на 10 лет позднее среднего возраста (25-30 лет). Первый вариант рассматривал новые мутации как основной и независимый источник этого риска. Второй также принимал во внимание гипотезу «эгоистичного отбора сперматогониев» (selfish spermatogonial selection), который, стимулируя накопление с возрастом мутантных половых клеток, способных к более эффективной пролиферации, может усиливать передачу мутаций по наследству. Третья и четвертая модели учитывали вклад как новых мутаций, так и собственной наследственной склонности отца к психическим заболеваниям. Наконец, в отличие от предыдущих, пятая целиком концентрировалась на имеющихся у отца генетических характеристиках.

Результаты расчетов, проведенных для каждой модели, сравнивались с реальными данными о развитии психических заболеваний у «поздних» детей. Они показали, что мутации в половых клетках отца способны вносить лишь умеренный вклад в повышение риска – не более 10-20 процентов. С другой стороны, подтвердилась действительно существующая небольшая (R

0,075) корреляция между возрастом отца в момент рождения первого ребенка и его собственной склонностью к психическим проблемам. Для того, чтобы сделать из нее какие-то выводы, по словам авторов, понадобятся новые исследования с использованием большего количества эмпирических данных и более детальных моделей.

Существуют и другие данные, указывающие на то, что источником повышенного риска развития психических проблем у «поздних» детей являются не возникшие у отца de novo мутации, а его собственная наследственность. В частности, показано, что такой риск существует и у детей, рожденных «слишком молодыми» отцами. Зато у вторых и третьих «поздних» детей он не выше, чем у первых. Эти данные плохо согласуются с гипотезой о ключевой роли накопления мутаций, зато вполне могут объясняться наличием психических проблем у самих родителей. «Мы полагаем, что две гипотезы не являются взаимоисключающими, – заключают авторы статьи, – и что оба механизма (а возможно, и другие, не рассмотренные нами) вносят свой различный вклад».

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector